Hannibal ad Portas – 9 – Пока еще любовницы

– Что-то случилось?

– Ты и случился, мил херц, ибо заряда у меня хватит на сто лет, чтобы всё брать себе безвозмездно, но вы же ж, мой дорогой, объявили, что:

– Таперь мы премся в вечность.

Я плюнул три раза.

– Зачем?

– Так можно, иначе, сглазить нашу победу на этом перевале не только тех гор, но и того же времени.

– Я не совсем понимаю, – ответил, – где нам занять наиболее жизнеутверждающую позицию для отражения их предполагаемой атаки.

– Она уже готова – зачем ее подготавливать? – ответила она, не забыв напомнить – не лишний раз – о существовании знака вопроса.

– Вот это спасибо, – ответил, – большущее тебе спасибо!

– Не меня благодари, а ее, твою разлюбезную Че-Ну.

– За то, что она всё сделала на этот раз по-хорошему?

– Нет, наоборот, как обычно, устроила не только мне, но и тебе, дорогой, подлость. Да, это именно:

– Подлость устроить нам с тобой лежку, но еще в пяти километрах отсюда.

– В пяти не может быть, – ответил настолько спокойно, что вышло, почти наоборот:

– Категорически?

– Да, я туда уже не дойду.

– Я тебя дотащу, но уже не вижу смысла это делать.

– Патроны вместе с пулеметными лентами упали в пропасть?

– Почти, мы забыли их.

– На предыдущем привале?

– Остались на базе.

– Почему?

– Ты не взял, я подумала – значит, и не надо это никому.

– Зачем тогда врала всю дорогу?

– Наоборот, я говорила про себя правду, ибо поняла это противодействие, как твой очередной маскировочный прием.

– И?

– Испугаются.

– Бесполезно.

– Почему?

– У них везде заградотряды.

– Как у нас?

– Другие. Уже в башке запаяно, что, мол, да, вернуться не солоно хлебавши можете, но – смысл?

– Не захотели жить по правилам Миделинового Картеля в Мексике, – или что у них есть еще там?

– Да, привыкли чинно и благородно, чтобы на каждом газоне их улицы росли розы, как было во времена, когда там давала свои гастроли.

– Марлен Дитрих?

– Нет, она пропала вместе с Евгением Евтушенко намного раньше.

– Увез в кордебалет?

– Если только он у нас разрешен, как и оставшийся навсегда у меня портрет, твой портрет работы Пабло Пикассо.

– Я люблю Ван Гога.

– Эт-то понятно.

– Чем?

– Я видела твои картины у него на стене.

– Ты не оговорилась?

– Я не сплю, когда трахаюсь.