Hannibal ad Portas – 9 – Пока еще любовницы

– Это всё? – спросил, оглядывая тех, кто мне его передал.

Но ответили скромно, боясь взять на себя даже часть ответственности:

– Его передала Нормировщица.

И вопрос, заданный – однако – Чон-Ки-Ным:

– Почему я не уехал в Германию, – как, например, друг ситный Лайзы Миннелли.

Пусть даже с той же мыслью, что и она.

– Отвалить оттуда в Америку, благословенную для тех, кто запас для этого переезда деньги, – как обычно, – в:

– Валюте.

Осталось только узнать:

– Есть ли она у нас, на самом деле?

Утром мог вспомнить только одна, поняв, наконец.

– Неужели не только с ней – удачей – но и победой хоть второй раз в жизни:

– Рассчитался до такой степени, что и они – не растерялись:

– Отвалили, – куда – уверен, искать не только не буду, но и не хочу.

Пришлось принять на веру, хотя, может, и не самое печальное:

– Вернулся я на Родину

Шумят березки стройные,

Здесь много лет без отпуска

– Что делал – теперь уже не пойму, – но:

– Вспомнить, надеюсь, удастся.

Что делал, собственно, герой моей молодости Эрнест Хемингуэй, когда уже – увы:

– Вернулся на Родину?

Ответ здесь всегда один и тот же:

– Щипал траву. – В переводе даже не древне-руз-ский:

– Ходил по кабакам и барам.

Но вот, что важно:

– Только, как в Островах в Океане, – где:

– Где проводил всё своё остальное время, – громя, нет, конечно, нет, не недобитых и не недорезанных буржуев, – ибо все ими были и так уже, – а:

– Немцев настолько славившихся своей воинственностью, – что и:

– Воевали только для того, чтобы воевать, хоть с лучшим другом даже Эс-Тэ, – тоже мечтающем быть, как – далеко не во сне:

– Завоевателем, – а – вопрос:

– На хрена это надо, – непонятно же ж не только никому, но и ему в том числе, – ибо:

– Больше народу – кислороду уже на всех не хватит, – или – по крайней мере:

– Может не хватить уже в недалеком будущем.

Решил доказать, что я все-таки граф, но советскую власть здесь, – как:

– Рабовладельческий строй, предсказанный Пушкиным в Истории Села Горюхино, – не организовывал, – хотя и не исключено, что:

– Предсказал, – но:

– Когда это было-о!

– Давно, наверное, дорогой? – услышала одна мой ответ, как вопрос, обращенный – значит – не только к самому себе.

– Разрешите? – спросила.

– Садитесь, – почти что промямлил, ибо чего-то, но, кажется, испугался.