В четыре сорок из ЛЮБЕРЕЦ

– В другой раз.

– Значит, ничего не надо из прейскуранта?

– Ну разве что пару упаковок безалкогольного пива, – Сэр развел руки в стороны.

– Какого? Или вам всё равно?

– Баварию или Хольстен.

Пришлось ждать еще минут пятнадцать. Наконец швейцар появился. Он держал три больших пакета.

– Здесь две жареных курицы…

– Почему так мало? – перебил Сэр.

– Вы не дослушали, молодой человек. Берите пакеты и давайте пятьсот долларов. Здесь две жареные курицы, две вареные курицы, пять пачек фирменных куриных крылышек…

– Что, одни куры? – опять перебил учтивого швейцара Сэр.

– Вы опять не дослушали, молодой человек. Здесь есть запеченная свинина, запеченная говядина, соленая сема, сушеный лещ, вареные большие креветки, сыр, три вида колбасы…

– Какая колбаса? – спросил Боб.

– Сырая, вареная и полукопченая. Берите, там еще много всего. Большая банка испанских маслин…

– Маслины черные?

– Маслины всегда черные. Зеленые это уже не маслины, а оливки.

– Только не уже, а еще, – поправил швейцара Боб, – потому что оливки это несоспевшие маслины.

– Умен, ничего не скажешь, – усмехнулся швейцар.

– Пиво не забыли? – спросил Сэр.

– Вот ведь! Забыл, – и швейцар убежал в ресторан.

Сэр и Боб положили пакеты в машину. Сюда же швейцар принес и пиво.

– И возьмите еще ананасовый компот.

– Его вы тоже забыли? – спросил Боб.

– Нет, просто это дополнение к десерту.

– А что на десерт?

– Яблочный пирог и пирожки с вишней.

– Хорошо, спасибо, возьмите деньги, – сказал Боб.

– Да, спасибо, пятьсот достаточно.

– Вы уверены? – спросил Сэр.

– Да, я уверен, – сказал швейцар и пошел в ресторан. Потом остановился и добавил, когда Форд уже тронулся: – И удачного вам обеда.

– Скорее ужина, – сказал Боб, высунувшись с окно.

– И ужина, и завтрака, – швейцар помахал рукой вслед удаляющейся машине.

12

Темно-синий Форд подъехал к битцевскому Интернату.

– Глупость, – сказал Боб.

– Я тебе не говорил. Когда я зашел в квартиру, они считали деньги. Я думаю, ее продали сюда. Я надеюсь, ты понимаешь, что просто так денег никто не платит?

– Странная у тебя логика, Сэр, кто-то считает деньги, а ты уже делаешь вывод, что за эти деньги купили человека. К тому же в конце концов все мы продаемся.