Счастливчик Джонни

Но с другой стороны на кой черт нужны проблемы? Если она сразу так прилипла, то потом от нее вообще трудно будет избавиться. Нет, пусть поест и снимет какого-нибудь дальнобойщика.

Котлеты были такие вкусные, что она сказала:

– Возьми мне еще две.

– Конечно.

Но потом он все-таки сказал ей:

– Здесь много дальнобойщиков. Ты можешь выбрать себе какого-нибудь.

Она выпила томатного сока, откусила вторую котлету и сказала, что это будет не разумно с ее стороны.

– С тобой я уже подружилась, могу на что-то рассчитывать, а с любым из них только до первой остановки.

– Там сядешь опять. Ты хорошо выглядишь, у тебя не будет недостатка в клиентах. – Он сделал паузу и добавил: – Ты, наверное, давно этим занимаешься. Теперь я понял, почему ты лежала в кустах у дороги. Тебя напоили и оставили у дороги ждать следующих клиентов.

– Да нет же, ты ошибаешься. Я даже никогда не думала заниматься проституцией на дорогах. Поверь мне.

– Значит, у тебя просто не было нужды. До сегодняшнего дня. – Он поднялся.

Он отъехал метров пятьдесят и обернулся. Проклятье. Она стояла у кафе и ждала. Ждала, когда он вернется. Не нагло ждала, а как-то сиротливо, с маленькой надеждой. Он развернулся, заплатил гаишнику за пересечение двойной сплошной линии, подобрал Альбину, опять заплатил стольник за пересечение двойной сплошной линии и рассерженно молчал километров двадцать.

– Из-за тебя я заплатил гибэдэдэшникам двести рублей, – наконец сказал он. – Я совершенно не понимаю, что мне с тобой делать.

– Может быть, я смогу как-то помочь тебе.

– Как?

– Я могу гулять с собакой

– Эта собака съест тебя. Я удивляюсь, как она тебя пустила в машину.

Альбина повернулась назад.

– Но она сопротивлялась. Лаяла.

– Для виду, – улыбнулся Вова. – Надо было кусать.

Карат сзади весело прорычал что-то и положил голову сверху на голову соседке Вовы.

– Мне тяжело, – сказала Альбина, – и слюни не распускай. – Но Карат не слушал.

– О, дом с ванной и туалетом! – воскликнула Альбина, – я попала в рай.

– Дом и правда был с газовым отоплением, с ванной и туалетом не во дворе, а в доме. Но здесь сейчас так было почти у всех. Все равно это очень радовало.

Владимир был так рассержен на даму, что в этот день лег спать один. К тому же он очень устал. На следующий день он сказал, что у него в Москве есть невеста.