Граф – М

– Думаю, надо ехать в Турцию.

– А где торговать будем? У забора?

– Запишемся на очередь, где будут освобождаться места, а начнем с дальней части этого рынка. Если товар будет хороший – придут и туда.

– Тем более, это недалеко.

– Метро-о-в, – Галя посчитала в уме расстояние, – пятьдесят-семьдесят. Ну, едем к туркам?

– Я согласна, – сказала Нат. – Светку взять?

– Да, пора набирать штат, – сказала Галя. – Мы-то ведь будем…

– Командовать, – вставила Нат.

– Нет, зачем. Мы будем контролировать.

Соберем всех э-э…

– Буква Б, через черточку буква й, – опять вставила Нат.

– Нет, зачем? Ибо все так делают. Просто мы раньше об этом не знали.

Я специально хотел купить красную Четверку, но, как всегда, сделал по-другому. Купил Девятку. Никто не покупал Девятки! Народ как будто с цепи сорвался, и гнал, и гнал, Классику, т. е. Семерки в свои города и села. Казалось, что нет разницы между Семеркой и Девяткой, и, следовательно:

– Зачем платить больше? – И главное, у меня уже раньше была Восьмерка.

Как только приезжаю из Москвы ночью – так всё:

– Бери кувалду и правь диски. – Встречные Дальнобойщики ослепляют, приходится ехать по обочине, а там выбоины. В результате диски мнутся. Как специально делают Тринадцатые диски для страны, где одни ямы в асфальте.

Тем не менее, тем не менее. Я взял девятку. Хотелось высокую машину, Ниву. Но в ней мало места.

И знаете, я вернулся, мне обменяли Девятку на Ниву. Пришлось согласиться на двести долларов.

В том смысле, что вычли за этот Прокат.

– Попробовать Ниву можно?

– Нэт. – И действительно, все было заставлено машинами. Это был признак, что брать Ниву не надо. Я предвидел, что эта тачка поедет медленно. Но не знал:

– Насколько медленно! – Оказалось:

– Очень медленно.

Вернуться? И я вернулся.

– Опять ты? – удивился Боря, продавец. Сколько я ни звонил – всегда это был или Алик, или Витя, или Боря. И всегда удивлял меня: опять с юга.

Был и один русский.

Я приехал поздно, и машину не успели оформить. Это была Семерка. Она была без хромированных ручек, дверь плохо закрывалась, стекло туго поднималось, и главное: мотор работал с перебоями. Плохие приметы, я их знал. Плохо закрывающаяся дверь и мотор с перебоями были у Восьмерки, которая была у меня раньше. Взял ее в Южном Порту. Говорили, что:

– Отрегулируешь.

Но сколько я не регулировал карбюратор, сколько ни менял клапанов – бес толку.