Баланс игры. Контрразведывательный роман. Книга 2. Французский обиняк

Черчиллем 5 марта 1946 года в его Фултонской речи, считающейся сигналом для начала холодной войны. Обозначало информационный, политический и пограничный барьер, изолирующий СССР и другие социалистические страны от капиталистических стран Запада. Термин «железный занавес» использовали в пропагандистском смысле и до Черчилля французский политик Жорж Клемансо (1919) и Йозеф Геббельс (1945). Однако в 1917 году это выражение впервые употреблено русским философом Василием Розановым, который сравнил события Октябрьской революции с театральным действом, после которого «с лязгом, скрипом» опустился громоздкий занавес из железа над русской историей и началась усиленная самоизоляция Советской власти.

Используя благоприятную обстановку для изложения мыслей о коренных изменениях в работе агентства, он напористо продолжал:

– Появление сверхценного агента у французов и их желание делиться получаемой информацией является хорошим призом и для нас.

– Сейчас, как я понимаю тебя, будет что-то провозглашено! – усмехнувшись, президент задиристо посмотрел на Уильяма.

Кейси действительно хотел именно сейчас выдать наметки своего плана, имея такой повод, как появление уникальных данных от источника в Москве:

– Да, само по себе престижно заполучить такого агента у русских.

Кейси замолчал, подбирая общепонятные слова, избегая профессионального жаргона:

– Тут важно правильно распорядиться этим ценным материалом, умело использовать добытые материалы для достижения главной цели – развала СССР и окончания холодной войны.

Кейси оценивающе посмотрел на президента, словно стараясь для себя сделать выводы, насколько хорошо его понимают, и продолжил, придав большую значительность в голосе:

– Осилить такую работу французы не смогут. Они только радуются, как малые дети, появлению в руках такой дорогой и красивой игрушки. Они смогут провести у себя только локальные акции, и все! Это и понятно, они не супердержава, и они не в прямой конфронтации с русскими! Использовать этот источник по-настоящему результативно против «Советской Империи» сможем только мы!

Кейси, который еще во время Второй мировой войны пришел к убеждению, что его борьба с нацистским режимом не закончилась поражением Германии, а продолжается, только теперь с коммунизмом, который он считал похожим на гитлеровский режим, только более жестоким, кровавым и беспощадным.