Контрольная точка

В воспаленном сознании подростка, возомнившего себя величайшим полководцем всех времен и народов, возникла идея о хрупкой девушке с отличными формами…

– Прости, что перебиваю. О каких именно формах идет речь?

– О груди.

– Ах, ты об этом!

– Именно. Настолько слабое существо в принципе не может восприниматься всерьез.

– Путь обмана, – догадался я, решив не заострять внимания на «существе».

– Точно! В самый ответственный момент противник, введенный в заблуждение беззащитным видом девицы, расслабляется, и – вуаля! Сраженный мечом, валится под ноги коварной красотке.

Сказать, что объяснение звучало дико, – вообще ничего не сказать.

– Разве так бывает?

– Конечно же нет, – легко согласился он. – Именно поэтому на первое место я поставил визуальную составляющую твоего облика.

– То есть грудь?

– Бинго!

Определенно, фиолетовому хрендельфилу нравилась роль всезнающего шутника.

– Спасибо за похвалу.

– Не за что. Это моя работа, – скромно потупился он. – Кстати, на самом деле все не так плохо.

– Кем?

– Медведем с балалайкой или матрешкой, – повторил грендельфил. – В предпоследнем дополнении создатели МОМ решили пойти по стопам азиатской тематики. Монахи, кунг-фу панды, гейши и прочая муть. Это вызвало недовольство игровой общественности. В результате китайскую тематику заменили на русский лубок. Гейши переквалифицировались в матрешек, монахи – в богатырей, а панды – в пьяных медведей.

– Почему пьяных?

– Потому что в мозгах западного потребителя сформировались устойчивые ассоциации: водка, матрешка, медведь, балалайка.

– Неужели этот бред кому-то понравился?

– Судя по тому, что в странах капитала база активных подписчиков возросла, создатели не прогадали.

– Ясно. – Я решил плавно сменить тему, заострив внимание на действительно важных вопросах. – Значит, ты тоже проходишь испытание?

– В некотором роде да, – с достоинством ответил он. – Хотя не такое простое, как обычные герои.

– Ах вот оно что! – Доселе бессмысленный бред начал обретать реальные формы. – Можешь не продолжать. Пафосные басни про «избранных» – плод воображения авторов с небогатой фантазией.

– Ты мне не веришь? – Судя по взъерошенному виду, его задела насмешка.

– Не знаю, – честно признался я. – Никогда не имел дело с фиолетовыми грендельфилами.

– Зато я имел дело с героями. Ты у меня уже пятый.

– В каком смысле?

– Прямом.