Часовая башня

Казалось; не успеет ничего из того, что было задумано, и теперь перерождалось в своих замыслах, становясь ещё обширнее, необъятнее и от того нужнее ему.

Он рос, мысленно уходя всё дальше на север от своего дома.

Сейчас, когда мир вступал в новую эру, в воздухе пахло революцией. Все накопленные ранее противоречия становились до предела явны и непримиримы. Как и бывает в те годы, когда страна встаёт перед выбором своего дальнейшего пути, понимал: перед мыслящей интеллигенцией, стоит вопрос о истории предков, назначении и смысле жизни человека.

Под влиянием картин знаменитого иллюстратора «Калевалы», лидера Финского неоромантизма Аксели Галлен-Каллела, первый раз побывал в Финляндии в 1899 году. Искал тогда материалы о викингах для своих картин. Тогда же появлялось направление «карелианизм», захватившее не только ярких личностей Финской, но и Русской культуры. Этот интерес объединил представителей всех видов творчества; Литераторов, художников, композиторов, актёров, архитекторов.

Николаю Константиновичу нравилось творчество Галлен-Каллела, последнее время полюбил и Сибелиуса. Знал стихи Лейно, оформлял его пьесы. Так же, как и многие русские писатели-символисты увлёкся древностью, искал в ней ответы на многие вопросы.

И недаром отправился на Валаам именно из Кексгольма, имея возможность попасть туда из Сердоболя. Хотел побывать именно в тех местах, на которые распространялось правление Рюрика, что там и нашёл свою смерть.

– Вы профессиональный исполнитель. Я ощутил себя словно на концерте, в крупном городе, – поблагодарил Торбьорг Константиновну, когда та закончила играть.

– Право вы мне льстите. Вот раньше, ещё лет десять назад, до рождения Елизаветы, я могла позволить себе настоящий концертный уровень. Сегодня же, увы не до выступлений.

– Вы не умеете ценить свои качества. Вам нет цены.

– Ну, право, вы меня балуете своими похвалами, – встала из-за инструмента.

– Вы больше ничего не сыграете?

– Позже. Минут через десять. Только отдохнут пальцы, – присела к столу, где стоял самовар.

– Скажите Николай Константинович, насколько я знаю, вас интересует тема древней русской государственности. Так называемого «Варяжского вопроса».

– Да, Яков Карлович. Осмелюсь признаться, перестал быть сторонником официально признанной теории о том, что Рюриковичей позвали княжить на Русь из древней Швеции.