Часовая башня

– Вульгарно!? – искренне удивился; – Ничуть! – тут же сменил тему, заметив; – У отца есть коньяк. Это расслабляет. Выпьем?

– А нам нужно расслабиться? – улыбнулась ему. Всё это было для неё словно некая игра. В глубине себя посмеивалась над его поведением. Веня строил из себя лихого, обладающего широтой души хозяина всей этой сказочной для неё, но такой обыденной для него квартиры. Но, улыбки не сдерживала, наблюдая за ним, учась. Была ещё совсем юна, и многого не могла знать.

Большая, цветная фотография, в медной, тоненькой рамке, висела на стене.

На ней мужчина в синем костюме, справа от него шла женщина, на заднем плане люди в серых и чёрных костюмах. Показалось на миг – что-то общее есть у этого мужчины и женщины с Вениамином. Но, что, пыталась понять. Никак не могла сосредоточиться.

– Твои родители?

– Да. Держи, – разлил коньяк, поставив перед ней на журнальный столик бокал.

– Я никогда не пила коньяк.

– Погоди, сейчас принесу лёд, – театрально ударив себя рукой по лбу вспомнил Веня.

Вернувшись из кухни, положил ей в бокал несколько кусочков, вежливо поинтересовавшись:

– Достаточно?

– Наверно. Не знаю.

– Ну, давай выпьем за то, чтоб у нас было всё хорошо в этой жизни.

– Давай.

Чокнувшись уже было собрался выпить. Но, остановил её хитрым взглядом.

– А, давай на брудершафт.

– С поцелуем? – догадалась она.

– Да, – смутился Веня.

– Давай, не теряла смелости Инга.

Крепкий напиток обжог её нёбо.

Долго не таявший в бокале лёд одним маленьким, отколовшимся кусочком прокрался сквозь губы, осколком оказавшись на её горячем языке. Долго не решалась проглотить, гоняя айсберг во рту, ожидая его полного таяния.

Наконец проглотила.

Но, тепло прежде прошедшее по её горлу, согрев изнутри, не на градус ни упало.

Дождавшись пока Инга сделает глоток, потеряв хитрость улыбки, и от этого приобретя глуповатое выражение лица, ибо, как поняла теперь, никогда не мог улыбаться от всей души, честно, от сердца, произнёс:

– А теперь… – и потянулся к ней губами для поцелуя.

Никогда прежде не целовалась.

Но, много раз представляла себе, как будет целовать его в губы, если представится случай. Но, не стремясь к этому, ничего не предпринимая, теперь смутилась. Нет не в том было дело, что страсть утихла, и желание прошло. На одно мгновение представила сейчас, каким он будет лет эдак через сорок. Стало не по себе.