Часовая башня

В адресе, указанном, как место жительства в Выборге, кавторангом, бароном Александром Карловичем фон Курштайн, числится ваша квартира. Дома ли он?

– Да, сын баронессы дома. Подождите, я доложу.

– Что-то случилось на крейсере, – догадался Алекс, обернувшись к матери.

– К вам посыльный из комендатуры с… – начала было Машенька.

– Да, да, я всё слышал. Пусть войдёт.

– Проходите, отступила в сторону, оставив проход открытым.

– Добрый день. Прошу прощения, баронесса, но, я вынужден сообщить, вашего сына вызывают на крейсер, – поклонился поочерёдно, сначала матери, затем сыну, добавил: – Господин кавторанг, в соответствии с телеграммой, вам приказано явиться на судно, в самое кратчайшее время.

– Причина!?

– Она не указана. Но, смею предположить, – в Гельсингфорсе делят эскадру.

– То есть, как это делят!? Она не нажива, чтобы её делить!

– Матросы хотят возвращаться в революционный Петроград.

– Что за чёрт! – машинально коснулся рукой кортика, сделал шаг в сторону прихожей.

– Ах милый мой Алекс. Они и тут не дают нам покоя.

– Уверяю вас; близок час принятия решения. Какое же оно, думаю мне не стоит повторяться.

Покинул квартиру так же стремительно, как и появился, пробыв с матерью всего около часа. Слава Богу, младшая Лизавета, сейчас в Кексгольме.

Как бы спокойно было ей сейчас, если оказалась с ними рядом. Но, не она к ней, а Лизавета должна была приехать с мужем и её внуком в Выборг. Ведь тут, как пыталась уверить её, было спокойно. И, что самое немаловажное; в любой момент могли по морю выбраться из своего последнего пристанища, в случае если бы и его захлестнула революционная волна.

Что оставалось ей теперь? Только дети были её самой главной надеждой и опорой в жизни. Нет, всё же не хотела она, впрочем, так же, как и Яков Карлович, возвращаться на свою малую родину. Да и разве там она родилась? Нет, безусловно, так же, как и её супруг, никогда прежде не бывала там, да и не особо помнила своих предков, всегда ленясь изучать генеалогическое древо.