Часовая башня

Причём та, последняя, социалистическая нисколько не способствовала его развитию. Впрочем, благодаря этому возможно и любил свой город, так уверенно остававшийся будто законсервированным во времени вместе со всеми своими развалинами.

Сам, только начинавший понимать язык, на котором ему предстояло говорить, не мог ещё задумываться, его ли это родной, или навязанный захватчиками, что теперь были согражданами в многонациональном союзе различных республик.

Иногда мама рассказывала, как жили раньше. Даже пыталась учить французскому, но, всё безрезультатно.

– Он был свободным человеком, – запомнил ответ матери. Но, его не удовлетворил. Требовалось большего. Хоть и ходил в детский сад, уже понимал; каждый человек должен иметь какую-то профессию. Поэтому не желал довольствоваться этим, продолжая расспрос:

– Кем он работал?

– Был военным. Моряком. Его корабль потопили.

– Кто?

– Разве это имеет, какое-то значение?

– Имеет, имеет! – даже притопнул ножкой в знак того, что недоволен недосказанностью.

– Хорошо, хорошо. Когда ты подрастёшь, я тебе обязательно расскажу о твоём отце.

И, как бы ни упрашивал, какие бы аргументы ни употреблял в своих просьбах, ничто не могло поколебать упрямство матери. Теперь-то понимал, почему она была так непробиваема. Но, тогда страдал каждый раз, когда дети хвастались своими отцами, рассказывая о них, а он не мог ничем поделиться о своём, кроме хорошо продуманной материнской фразы: – Был военным моряком.

Сойдя с автобуса, оказались в Изборске. Развалины древнего города были не такими, как в Выборге. Гранитных валунов встречалось гораздо меньше, и шли только в основания стен и храмов. Но, на удивление долго сохранялась кладка из плитняка, что был гораздо мягче гранита. Это и саму архитектуру делало менее суровой. Да и удалённость от моря так же влияла на микроклимат, в котором зарождалась российская государственность.

Разбрелись по крепости, выбирая ракурсы для рисования. В работе пролетел весь день.

Вениамин Игнатьевич, преподаватель живописи из академии, дождавшись пока после целого дня, уделённого пленэру группа соберётся у ворот крепости, как было оговорено утром, взяв свой рюкзак и этюдник, сказал:

– Ну, вперёд, – и пошёл, показывая дорогу.

Он был большого роста и напоминал актёра Черкасова.