Часовая башня

Уже в начальных классах, основываясь на своих воспоминаниях, начинал понимать; жизнь в их городе прежде сильно отличалась от проходящей в остальной стране. Об этом говорили сами дома, старые, плохо отремонтированные, с трещинами на фасадах, кое-где вообще с отсутствующими крышами. Но, если освобождение города требовало таких масштабных разрушений, значит защищавшие его, не так-то просто хотели отдавать врагам.

Помнил развалины кафедрального собора, что застал в самом детстве, когда ходил гулять в парк с мамой.

– А, почему его не чинят? – возмутился тогда.

– Он никому не нужен.

– Разве такое может быть? – почувствовал недосказанность в маминых словах.

– В этой стране отказались от Бога. Впрочем, где-то он ещё есть, но, как правило это православные храмы. Лютеране же все покинули местные земли. Впрочем, если, кто-то и остался, вынужден скрывать свою веру.

– Кто такие Лютеране?

– Последователи Лютера. Их много в северной Германии, Дании, Швеции, Финляндии и Норвегии, даже чуть-чуть в Польше.

Можно сказать – вид северного христианства.

– Почему же их больше нет здесь? Потому, что храм их разрушен?

– Да, – улыбнулась мама. Была рада тому, что сын сам нашёл возможный вариант ответа.

Дедушку с бабушкой Паша застал. Они были не очень старыми, когда родился внук. Плохо помнил. Но, отрывками в его голове остался тот день, когда погибла бабушка и смертельно был ранен дедушка. Мама не говорила, об этом, как ни просил.

Твой дедушка ещё в 18-ом усиленно учил финский, рассказывала мама.

Пытался работать в гимназии. Хоть в основном были русскоязычные дети, все говорили по-фински. Называть себя Русским в получившей независимость от России Финляндии становилось смертельно опасно. Думал устроиться чиновником. Но, не имел связей.

Нужно было пережить, как-то эти страшные первые годы становления независимости в стране. Знал; придёт время, когда всё забудется. Ведь самым основным доказательством тому были размеры Финляндии. Население маленьких государств забывчиво, хоть и не миролюбиво.

Плохая память даёт возможность мирного сосуществования. Но, всё зло, оставаясь на генетическом уровне внутри людей, легко находит себе выход, если за это берётся грамотный политик.

После того, как Выборг стал советским не водила его мама в храм. Боялась, не желая искушать судьбу. Приграничный город, часто менявший своих жителей, в последний раз, казалось унесших вместе с собой и Бога. Но, только один, пусть и самый главный городской собор был уничтожен.