Игра на опережение

В отличие от многих стран, где употребление спиртного в военных заведениях строго-настрого запрещено, в школе царили европейские порядки – например, по французскому образцу. Курсанты могли вполне спокойно пользоваться баром, в котором имелся весьма большой выбор вин и всевозможные сорта пива. Но коварство руководства школы, в которой готовили специальных агентов высокого класса, в том и заключалось, что ежедневные физические нагрузки были почти запредельными. И поэтому бар практически оставался нетронутым.

Причина – невыполнение норматива строго наказывалось. Лишь изредка Алекс позволял себе бокал сухого вина. И сейчас тоже бы не отказался. Но перед визитом в особняк, к Густасу, – нельзя.

Руки продолжали болеть. «Выпить слегка за собственное поражение», – Алекс даже развеселился от этой мысли.

– Эй, дорогой, давай мы за тебя выпьем! – услышал Алекс негромкий хрипловатый голос с заметным южным акцентом. И обернулся. В другом углу зала столовой сидел его знакомый – грузин по национальности, Гиви.

Перед ним на столе возвышались бутылки с вином. Алекс помахал ему рукой.

– Спасибо, Гиви!

Гиви в разведшколе отличался тем, что не бросал свой «национальный спорт» и всегда брал в баре бутылку вина. И при этом выполнял все нормативы намного лучше Алекса.

«Но сегодня он взял две, – подумал Алекс. – Что-то случилось?»

Агния словно прочла его мысли. И, наклонившись к Алексу, тихо проговорила:

– Сегодня возле столовой грузины подрались с украинцами.

– Это как?! – Алекс удивился.

– Ну, эти, которые по школе с трезубцами на рукаве ходят – УНА-УНСО, или как их там называют…

– Бандерлоги?! – с улыбкой подсказал Алекс.

– Согласна! – подхватила Агния и продолжила: – Так вот, эти, с трезубцами на рукаве, заходили в столовую, а грузины из столовой выходили. По идее, украинцы должны были уступить дорогу…

– Ты мыслишь совершенно типично для женщины! – улыбнулся Алекс.

– Почему?

– Потому что думаешь, что тебя все должны пропускать.

Иногда так же женщины мыслят, когда водят автомобиль. Такое впечатление, что для них правила этикета имеют большую юридическую силу, нежели правила дорожного движения.

Агния улыбнулась и нежным, неуловимым движением пододвинула к Алексу ближе тарелку с салатом. Там еще оставалась почти половина. Улыбнулась своей замечательной лукавой улыбкой.

– А ты против этого?

– В принципе, конечно, я не против.