Арина Великая

– Суть моего обращения к вам состоит в том, что России следует возобновить работу по клонированию высших животных, – Поползнев помолчал, думая, поймёт ли олигарх значение слова «клонирование». – Видите ли, здесь, неподалёку от Норильска, мы в советские времена наладили производство точных копий высших млекопитающих.

– Овечек Долли типа разводили, что ли? – хохотнул молодой олигарх.

«Слава Богу, про клоны он слышал», – обрадовался Поползнев и лихо выпалил:

– Подымайте выше, Григорий Александрович!

– Неужто мартышек с макаками плодили, или, может, бабуинов? – Никифоров не удержался посмеяться над нелепым ботаником.

 – А на кой лях, подумайте сами, мне эти ваши бабуины в связке пусть даже , хе-хе, с капуцинами?

– А как насчёт нашего с вами брата? Как насчёт человека разумного? – забыв об осторожности, гордо отчеканил Фёдор Яковлевич. Он приосанился, и его ясно-голубые глаза победно вспыхнули.

Никифоров застыл в изумлении и несколько секунд буравил своими пытливыми жёлто-зелёными глазами возбуждённое лицо окодэмика.

«Похоже, бедняга свихнулся, – решил олигарх, – и надо кончать этот бессмысленный балаган».

– Фёдор Яковлевич, – заговорил хозяин Роспалладия, стараясь быть подчёркнуто вежливым, – простите, если ослышался, но мне показалось, что вы будто бы занимались, в некотором роде, клонированием э-э-э… людей?

– Да, Григорий Александрович, вы не ослышались. Мой весьма скромный коллектив сумел-таки расколоть сей крепкий орешек.

– Может быть, вы сообщите мне какие-нибудь, та скать, детали… какие-нибудь, мягко выражаясь, подробности? Где же это под Норильском могла находиться эта ваша, выразимся поделикатнее, э-э-э … типа лаборатория?

– Она находилась в горной пещере на плато Путорана.

Никифоров сделал большие глаза.

– Простите, Фёдор Яковлевич, – бессвязно забормотал Никифоров, – но, что-то у меня не срастается. Вы не находите, что кто-то из нас типа безумец.

– Вижу я, вы мне не верите.

Я этого ожидал и всё-таки на что-то надеялся, – Поползнев безнадёжно махнул рукой. – Вот теперь, молодой человек, вы видите сами, как у нас в России из века в век пресекались и продолжают пресекаться самые перспективные начинания.

– Хорошо, – Никифоров стал приходить в себя, – приведите мне хотя бы один аргумент, чтобы я мог вам поверить.

– Знаете, работая в науке, я совершенно разучился лгать, да и с психикой у меня пока что проблем не было.