За гранью добра и зла. Том 2. Шут и Пророчество

Магия мне всегда давалась с трудом, а пытаться ворожить и одновременно сражаться пришлось впервые. Я даже вспотел от усердия. Но мои труды увенчались успехом, земля под ногами Спарк размякла в тот момент, когда она делала выпад, стремясь достать меня остриём клинка, и тут же вновь затвердела, захватив носки её сапог в надёжный плен. Девушка не удержалась на ногах и упала, машинально попытавшись притормозить падение руками. Её ладони при этом увязли в земле, на миг превратившейся в зыбкую трясину.

– Интересное положение, – хмыкнул я, обойдя вокруг стоящей на четвереньках девушки.

 – Какой соблазн…

– Только попробуй! – завопила она. – Я… я тебя… ты…

Словарного запаса, чтобы описать, что она сделает, если я попытаюсь воспользоваться её беспомощностью и вынужденной позой, ей явно не хватало. Впрочем, угрозы, даже самые витиеватые, меня совершенно не интересовали. Как и её поза… Хотя кого я обманываю, соблазн, безусловно, был, но поддаваться ему я всё же не собирался, ещё не хватало становиться насильником.

– Где моя книга пророчеств? – вопросил я. – Отдай её, и я тебе ничего не сделаю.

– Не знаю я ни про какую книгу! Если прикоснёшься ко мне, на тебя падёт гнев богини!

– Предвечная Тьма скроет меня и защитит от мщения всех богов, – отмахнулся я.

Мне понравилось изображать из себя этакого чернокнижника, очень удобная позиция как для того, чтобы бесить религиозных фанатиков, так и в качестве отговорки на любой случай жизни. Почему я пьян с утра? Такова воля Предвечной Тьмы.

Почему я не сделал то, что обещал? Предвечная Тьма попутала. Замечательная позиция, не то что у служителей Добра и Света, которые вечно только должны и обязаны что-то делать во имя оных.

– Освободи меня и…

– И ты меня убьёшь, – перебил я. – Слыхал уже. Неужели ты серьёзно думаешь, что нашёлся бы кто-то настолько тупой, чтобы освободить тебя для того, чтобы получить меч в брюхо? Или подобные нелепые требования – дань какой-то традиции, о которой я не знаю? Просвети, а то, может, я веду себя крайне невежливо, не предлагая врагам самостоятельно напороться на мой меч.

А может, даже при неких обстоятельствах они будут обязаны это сделать, надо только очень вежливо попросить? Было бы неплохо.

– Тогда убей меня!

– Есть встречное предложение – ты сдашься. То есть признаешь себя моей пленницей, поклянешься честью, именем своей богини, своим мечом, невинностью или чем ещё ты там дорожишь, что не станешь сопротивляться и пытаться бежать.