Филолог. Магия Слова

Стояла странная тишина, и я вдруг понял, что время в нашем мире и мире синкретизма течет по-разному, как будто бы они находились на разных полюсах Вселенной. У нас уже вовсю властвовала осень, когда здесь стоял конец апреля.

Обгоревшее дерево! Да мы же только что его проехали! Стоит повернуть влево, и окажемся опять на древнем капище.

Ульрика остановила коня так резко, что моя Мелисандра врезалась в Танюхину кобылу. Поняла…

– Разворачиваемся! – скомандовала принцесса. – Мы поедем другой дорогой.

Я вздохнул, понимая, что это не имеет смысла.

Я обогнал несколько троглодитов и поравнялся с принцессой. Та доброжелательно улыбнулась:

– Признайся, Аль, ты вчера воспользовался магией, ослушавшись моего запрета.

– Нет, клянусь! Я ничего не делал.

Улыбка Ульрики из милой превратилась в угрожающую:

– Не обманывай меня! От тебя Силой тащит за версту, долбаный ты синкретист, будто я не чую!

Я вздохнул. Не могу выдать Таню – она единственный близкий мне человек в этом мире.

Меня замутило так, что даже пришлось придержать поводья. Я прижал руку к солнечному сплетению и понял, что там какое-то инородное тело.

Я пустил лошадь через кусты, к ручью. Мне нужна вода! Кажется, что выпью целый ручей или даже реку, море, океан.

Я зачерпывал воду пригоршнями, жадно глотая, а в это время отряд терпеливо ждал.

Наконец я привалился к обгоревшему дереву, пытаясь отдышаться. Тошнота отступила, но ощущение инородного тела осталось.

И вдруг я понял, что за ночь стал гораздо крепче физически. Потрогал налившиеся бицепсы, жесткий пресс, сильные ноги. И нечто, поселившееся во мне после того, что сделали Таня и Лот на древнем алтаре полузабытых богов.

– Аль, мы отсюда не выберемся, – это принцесса. – Какую бы дорогу ни выбрали, капище притягивает, как магнитом.

Спешилась и устроилась рядом под деревом, прижавшись к моему боку. Меня бросило в жар от близости блондинки, и даже ее зеленая кожа показалась привлекательной.

Девушка сжала мою руку и ненароком коснулась грудью, пусть и не такой большой, как у Танюши, но упругой и высокой.

– Прости за резкость, я не имею права утверждать, что ты творил колдовство этой ночью, – продолжала принцесса. – Но ты должен знать кое-что о древних синкретических богах: они противоречивы. Они обожают жестокость и секс. Если знаешь, как нам выбраться, то скажи.

– Я понятия не имею, что нужно этим богам.