Филолог. Магия Слова

Одет в мешковатый костюм, будто из шестидесятых годов, на голове – шляпа с полями. Отобрал у меня бутылку шампанского, налил чаю. Как сейчас помню, «Гиту». Крепкий получился, в голове сразу прояснилось. Обнял за плечи и сказал, что не стоит плакать о мудаке и предателе. А затем начал толковать о синкретизме. Якобы если совмещать несовместимое или наоборот подходящее идеально, то можно менять реальность.

Я посмеялась, конечно. Что за старая магия на новый лад? А он включил магнитофон, налил мне еще чайку и приказал взглянуть в чашку.

Да, приказал, и я послушалась. В этом чужаке в шляпе была сила и власть.

И я увидела этот город, выдолбленный в скале. И не только его. Лабиринты и замки, дремучие леса и луга, странных существ с длинными ушами, сказочные домишки, говорящих животных и даже единорогов. Да целый мир увидела!

– Ты вроде не девственница, – я попытался пошутить. – Приручить единорога не сможешь. А вот я, может, и сгожусь. Ладно, извини. Что было дальше?

– Да ничего. Он предложил пойти с ним.

Говорил, что мне здесь не место. Он же твердил о синкретизме, умолял запомнить это слово, если вдруг передумаю. А потом… Потом, проснувшись с жуткого похмелья, я убедила себя в том, что чужака в шляпе не было. Меньше пить надо.

В дверь постучали. Деликатно. Даже робко, я бы сказал.

На пороге стоял Лот, теребивший в руках фуражку. Уж не знаю, как называются головные уборы телохранителей принцессы.

– Доброе утро, господа синкретисты. Вас ожидает принцесса в агатовом зале.

– Привет, – я жестом пригласил троглодита войти.

 – Объясни нам, где это.

– Я провожу, сами вы заблудитесь в подземных переходах, – Лот стоял на пороге, потупив взгляд.

Видимо, совесть гложет.

Таня вышла из комнаты, делая вид, что не замечает его.

До агатового зала идти было долго, и я успел полюбоваться стенами, украшенными сверкающими камнями. В основном полудрагоценными – яшмой, аметистом, халцедоном, сердоликом, но попадались также изумруды, рубины и алмазы.

Когда мы вошли в агатовый зал, у меня захватило дух.

Зря Ульрика переживала, говоря о красоте своей страны. Пусть нет в ней альпийских лугов и гор Кавказа, нет ласкового моря, солнца и величественных дворцов. Зато есть подземелье и его дары.

Я как-то был в залах Эрмитажа, отделанных полудрагоценными камнями – малахитом, агатом, яшмой. Так вот, убранство замка Ульрики затмевало богатство и роскошь бывшей резиденции русских царей.

Таня тоже была поражена и озиралась по сторонам с открытым ртом.