ZOV. В Ад и обратно

Так он предполагал выехать подальше за город, где казалось безопасней. На важных магистралях могли быть блокпосты, поэтому на перекрёстках он выбирал второстепенные дороги.

Журналист глянул в зеркало: на заднем сидении затаились Снежана с тревожными оленьими глазами, всегда готовая к прыжку и бегству. Казалось, единственное, что её останавливало это безмятежный сон сына. Только сейчас он ощутил сильную усталость от безумного дня. Не было ни сил, ни желания думать. Хотелось просто остановить машину и отключиться. Но он тряхнул головой, сбрасывая накатывающую сонливость, и сосредоточил взгляд на пятачке света перед машиной.

За поворотом показалась стайка огней, сливавшихся со звёздами ночного небосвода. Всё село утонуло в темноте, фонари горели лишь возле церкви и небольшой двухэтажки, украшенной неоновой надписью КАФЕ ГОТЕЛЬ «У КРИНИЧКИ». Свиридов вышел из «Таврии» и, потряхивая затёкшие ноги, подошёл к гостинице.

На стук долго не откликались. Наконец в замке провернулся ключ и показалась зевающая женщина в наброшенном пуховом платке.

– Что ж вы так поздно? – не здороваясь, упрекнула она, словно они договорились заранее, а он подвёл, заявившись невесть когда.

– Да так как-то… – виновато пожал плечами Свиридов.

– Один?

– Двое… И сын.

Дежурная протянул ключ:

– 17-й номер свободен, двухместный, в конце коридора. Идите, утром зарегистрируетесь. Паспорта есть?

– Конечно, – уверенно соврал Свиридов. – Вы отдыхайте, мы тихо…

– Отдохнёшь тут с вами…

Снежана уже переминалась у машины.

– Будете ужинать? – спросила Снежана, распаковывая рюкзак.

– Разве что чай, – неуверенно ответил Свиридов. – А я гляну, есть ли тут горячая вода.

Душ освежил тело, но не смыл усталость от сумасшедшего дня и напряжение после пережитого. Впечатления так и лежали неразобранным комом в голове, но уже не давили, а ждали своей минуты быть разложенными по полочкам.

Между тем, Снежана нарезала бутерброды с сервелатом и сыром, залила чайные пакетики кипятком из электрочайника и выложила несколько конфет. Полумрак от прикрытой шарфом настольной лампы создавал иллюзию домашнего уюта.

– Перекусите, – предложила она и ушла привести себя в порядок.

За целый день Свиридов так и не вспомнил о еде. Странно, что и сейчас не чувствовал голода, с безразличием глядя на незамысловатую снедь.