Чужие боги

– Да, я и не обиделся, просто на самом деле забыл, что ты не лингвист. Понимаешь, Адели, язык очень много может сказать о народе, который им пользуется. Вот ты спрашиваешь, что дает знание их счета? Вот смотри, их длины – волос, это почти наш миллиметр…

– Что-то я не заметила, чтобы у них были такие толстые волосы! – хохотнула Адели.

– Да, но возможно, раньше это был «условный волос», а потом обозначать его условность посчитали лишним… Так вот, дальше идет «палец», и я, зная их систему исчисления, могу предположить, что это двенадцать волос.

Так оно и оказалось! Ладонь…

– Шесть пальцев!

– Правильно, а почему?

– Потому, что их там шесть, Родик! – Адели уже откровенно веселилась.

– Да, действительно, – Родик почесал затылок, – а я связывал это, почему-то, с тем, что нет слова «полная». Но это не основные их меры длины. Чаще они используют «шаг», «нормальный рост» и «полет стрелы».

– Какая-то натуралистическая система мер… А сколько это в наших единицах?

– Шаг – это полная горсть ладоней или семьдесят один и семь десятых сантиметра…

– Да ладно! Что-то я сомневаюсь, что медвежонок столько шагнет!

– А почему бы и нет? При росте в сто двадцать, сто тридцать сантиметров…

– Это и есть их «нормальный или условный рост»?

– Не угадала! Нормальный рост – это два шага медвежонка, как ты их называешь, – сто сорок три и четыре десятых сантиметра.

– Ну, это они себе льстят! А полет стрелы? Интересно, на сколько они свои стрелы мечут.

– С этим было сложно.

Эта мера никак не вписывалась в их систему. Может и правда это дальность полета стрелы какого-нибудь знаменитого стрелка… Вобщем, мы долго с Роем-Зу вычисляли и пришли к выводу, что это что-то около ста трех метров.

– Не очень далеко, однако.

– Ну, особой силой они и не отличаются. А время они измеряют ударами сердца. У них интересное сердце – двухкамерное. Когда одна камера сердца сокращается, вторая – всасывает кровь. Получается один удар, не то что у нас «ту-тук», что соответствует восьмидесяти трем сотым секунды.

Это мы точно вычислили. У них и час, который обозначается словом, похожим по смыслу на наше «отдых», длится пятьдесят девять минут и семьдесят шесть сотых или сорок семь секунд. Даже «условный день», который действует у них на кораблях, около двадцати четырех часов длится. Так что, мы почти по одному времени с ними живем.

– А год у них длинный? Если его в наших сутках померить?

– Двести восемьдесят восемь дней.