Стрелец государева полка

Генеральный обозный Тимофей Носач расположился за есаулом. На толстых пальцах Носача, красовались многочисленные драгоценные перстни. Был он мужик мужиком, и еще лет десять назад в латаном кожухе хаживал, но сейчас рядился в шляхтичи. Он искоса поглядывал на широкую спину Зарудного. «Впереди торчит, словно главнее его и нет здесь никого» – думал обозный.

Здесь же были полковники Лисицкий, Сом, Гладкий, Подбайло, Екимович, Цецюра и другие. Шелестела парча, рябило в глазах от дорогих сабель и перначей, украшенных золотом и драгоценными камнями.

Все они смотрели на своего командующего, того, кого они сами пожелали видеть над собой. Это ему они вручили булаву, отобрав её у юного Богданова сына Юрка. Сейчас они ждали его слова.

Иван Выговский – рослый, плотного сложения мужчина, средних лет. Лицо у гетмана истинно шляхетское (сказались порода и воспитание). Высокий развитый лоб, правильной формы тонкий нос. Его закрученным вверх усам, какие носила шляхта, мог бы позавидовать и сам пан гетман Потоцкий.

В этот день Выговский был в красном жупане с золотым шитьем. За его шелковым поясом блестела драгоценная булава гетмана. У левого бока висела кривая турецкая сабля в золоченных кожаных ножнах. На ногах красные сафьяновые сапоги на каблуках с тисненым узором.

Гетман тихо задал вопрос полковнику Даниле Сому и внимательно выслушал его ответ. Затем оглянулся на присутствующих. Он знал, что среди них мало тех, кто искренне разделял его взгляды. Большинство шли за ним потому, что пока верили в его силу.

Эти мысли грызли его днем и ночью. Все труднее и труднее становится удерживать полковников в руках. Ему нужна победа. Победа любой ценой. Тогда король Ян Казимир поймет, что нужен именно такой союз между Украиной и Речью Посполитой, который предложил он. И только тогда они станут сильны.

Он никак не мог понять, почему польские вельможи не видят своей очевидной выгоды от этого союза? Неужели не замечают, что усиливается Московия и что скоро она станет очень опасной? Или не желают замечать?

– Так что скажешь, гетман? – первым нарушил молчание киевский полковник Иван Екимович. – Вести не очень добрые? Не так ли? Хан нас за союзников не почитает.