Там, где сияет солнце

Во второй руке он держал черную папку-планшет с прикрепленными к ней листами бумаги. – Скажите, когда вы последний раз видели вашего начальника?

– Позавчера, – ответил Леонид. – Утром.

– Где это было?

– В приемной у шефа.

– О чем вы говорили?

– Олег Николаич поздравил меня с назначением.

– И все?

– Да.

Рука Пескова торопливо ходила по бумаге. Он перевел взгляд на Марию.

– А вы, Мария Николаевна?

– Я?… Ну… Накануне, вечером. Мы вместе были в ресторане.

Брови у Пескова полезли вверх.

– Вы не подумайте ничего такого. Мы всей нашей группой отмечали успех проекта.

Песков выдохнул, удивление сползло с его лица.

– Как так получилось, что вы вечером отмечали успех проекта, а на следующее утро начальником группы назначают гражданина Уплетаева?

– Олег Николаич был отправлен в отпуск, а я назначен исполняющим обязанности, – вставил Леонид.

– В связи с чем в отпуск?

– Я толком не знаю. Вы можете спросить у шефа.

– Я уже спрашивал.

– Олег Николаич не согласовал эксперимент. Вот Марк Юсупович и принял меры. Дисциплинарного, так сказать, воздействия.

– Понятно, – следователь побарабанил пальцами по планшету. – Больше ничего вы не хотите добавить?

Мария и Леонид пожали плечами.

– Ну, хорошо. Прошу прочитать протокол нашей беседы. Если все верно, распишитесь вот здесь.

Когда следователь покинул лабораторию, Мария и Леонид молча сидели каждый за своим столом, не решаясь начать разговор.

– Лёнь, ты думаешь, мы правильно сделали, что не сказали ему про то, что произошло потом?

– Маша, я Олега Николаича, действительно, последний раз видел в приемной. В лаборатории его не застал. Но ты – молодец. Они не должны знать про то, куда он мог уйти.

– Но мы же не сможем долго это скрывать?

– Надеюсь, Олег Николаич скоро вернется, и все образуется. Надо только запустить излучатель. Завтра мы отправимся в новую лабораторию.

***

Автобус уже ожидал, когда Мария второпях выскочила из темноты подъезда, придерживая тяжелую железную дверь. Небольшой, весь черный от колес до крыши, окна скрывает глянцевая тонировка. Марии он напомнил катафалк. Как только она сбежала по ступенькам, дверца перед ней плавно отделилась от корпуса и отъехала в сторону. Мария шагнула внутрь.