Пятое измерение

Рядом с поселком протекает извилистая речушка, спрятавшаяся под нависающими зелеными кронами ив. К ней как раз выходит крайняя улица, на которой стоит дом Куропаткиных. В один из первых дней, после огородных работ Настя и Артем направились к речке. Жаркое солнце уже вовсю палило, и они спешили скорее добраться до прохладной тени, создаваемой густой листвой деревьев. Сумрачный лес встретил запахом трав и влажной земли. Здесь они сбавили шаг. Загудели комары – вечная напасть лесного мира. Настя не переставала отмахиваться от надоедливых насекомых.

– Неужели ты не боишься комаров?

– У меня против них иммунитет, – гордо заявил Артем. – Я даже укусов не чувствую.

– Везет тебе, – Настя потерла укушенную коленку.

Впереди послышался плеск воды. Между деревьев блеснуло золотыми зайчиками. Дети вышли к берегу, заросшему сплошным зеленым ковром, подмытому у самой воды. Река неслась быстрым потоком, местами перекатываясь через выступающие черные спины камней.

Чуть ниже по течению виднелись силуэты одиноких рыбаков с закинутыми удочками. Неподвижные, словно статуи. Настя не понимала, как можно вот так сидеть часами, медитируя над водой.

Брат скинул шорты и футболку. Создавая кучу брызг, забежал в студеную воду. Он то и дело подпрыгивал, видимо натыкаясь на острые камешки. Не дойдя до середины, Артем поспешил назад.

– Брр, ноги сводит, – сообщил он.

Выскочив на травяной ковер, Артем принялся нарезать круги вокруг Насти.

– Вы кто? – с ходу спросил долговязый, остановившись в двух шагах.

Артем назвал свое имя и представил Настю.

– Что-то я вас здесь раньше не видел.

– Мы недавно приехали. Наш дом недалеко, на крайней улице.

– Это какой?

– Розовый за оранжевым забором.

– А-а, – протянул долговязый. – Это куда приезжает то ведро с гайками, пугая всех собак.

– Это ты про что сейчас? – в голосе Артема послышалась обида.

– Да про машину вашу. Кроме вас ни у кого во всей округе такого драндулета нет.

У Артема сами собой начали сжиматься кулаки. Откуда-то изнутри начала подниматься злость на долговязого, противно шлепающего припухшими губами.