Артефакт Пиритаза

 – Наш папа находится в плену у этих, как их там, изгов. Мы не можем здесь долго задерживаться, нам нужно помочь ему сбежать из плена.

– И как вы это сделаете?

– Есть у меня мысли. Но это секрет.

Лика недовольно фыркнула. Весь ее вид говорил: «Не хотите рассказывать, ну и не надо. Больно мне нужно знать».

Тем временем они подошли к избе Махмура. Сам хозяин встречал детей у крыльца.

– Ну, наконец-то, – произнес он. – Ужин уже остывает.

На столе, действительно, были расставлены давешние миски. Теперь в них дымились какие-то овощи, похожие на картофель вперемежку с кусками мяса.

– Артем, как ты думаешь, у них есть, где руки помыть?

– Не знаю. Судя по Лике, они их совсем не моют.

– Что стоите? – спросил Махмур.

– Помыть руки, – сказала Настя и показала ладошки.

Махмур почесал бороду, глядя на нее с удивлением.

– Вы моете руки? – спросил он.

– Да, – ответила Настя. – Перед едой. Они – грязные.

Махмур внимательно посмотрел на Настины ладони. Он не видел на них грязи и поэтому не понимал, зачем их мыть. Позвал жену. Та выглянула из-за занавески. Он вполголоса сказал что-то, и она тут же исчезла. Через минуту она показалась с жестяным тазиком, наполненным водой, поставила его на лавку перед детьми. Артем и Настя по очереди поплескались ладонями в тазу. Лика удивленно поглядывала на них, уплетая еду. Хозяева дома тоже смотрели с интересом.

После ужина Махмур подошел к гостям.

– Моя Линка приготовила вам места на лавках в соседней комнате.

– Мы не останемся, – произнес Артем.

– Как так? – удивился Махмур.

– Они собираются уйти сегодня, – сообщила Лика.

– И куда вы, на ночь глядя, пойдете?

– Нам нужно вернуться к отцу, – сказал Артем.

– Так он же у изгов. Вы что, хотите к ним?

– Хотим, – твердо произнес Артем.

– Пап, я не хочу, чтобы они уходили, – вставила Лика.

– Жрец сказал, что если они захотят уйти, пусть уходят. Но как они ночью-то? Пусть бы поспали, отдохнули, а утром шли себе на здоровье.

– Спасибо, дядя Махмур, за вашу заботу. Но мы с Настей уже все решили. Мы уходим прямо сейчас.

Махмур тяжело вздохнул. Не хотелось ему отпускать этих на вид совсем беззащитных детей. Но во взгляде Артема читалась такая непоколебимость, что уговаривать он больше не стал.