Брошенный мир: Осознание

Конечно, материалы оттуда шли не только на производство бумаги, но сам факт того, что люди делают не то, что необходимо для выживания, а для формирования этой фикции, уже приводило в определённое замешательство.

Она попыталась вспомнить, что было двадцать лет назад, когда она ещё была совсем маленькой, и тогда она помнила здоровенные очереди, которые толпились в этом помещении в ожидании получения каких-то разрешений, талонов, справок. Что она хорошо помнила, так это то, что тогда куда больше просто стояли и тратили время на очередь, чем делали что-то конкретное с этими бумажками, а теперь очередей почти не было, зато количество бумажек выросло в геометрической проекции.

– Сами небось себе работу придумывают… – вслух сказала Натали и развернулась в сторону выхода. Не успела она ступить и шаг, как напротив ей выскочила рука с зажатой большим и указательным пальцем листом бумаги.

– Это Вам, мисс Джексон! – возвестила молоденькая и весьма едкого вида девушка.

Натали поминала её. Её звали Дейзи, и она несколько раз безуспешно клеилась к Моргану в коридорах блока Нью-Йорк. Несмотря на свою достаточно неброскую внешность запоминалась она достаточно хорошо выражением своего лица – оно было абсолютно неестественным. Складывалось впечатление, что оно не настоящее, а приклеенное, и выражает эмоции отличные от тех, что выражают глаза.

Натали взяла в руки и раскрыла врученную ей бумагу, где в самом начале крупными буквами было написано «Предостережение», а затем текст в котором говорилось, что ей выносится предупреждение в связи с перманентным отсутствием на рабочем месте, что подвергает риску других работников станции, подрывает боевой дух коллектива, а также несёт аморальный осадок на всей жизни на станции, в связи с чем устанавливается требования вернуться на своё рабочее место и не покидать его до конца смены.

Выглядело даже смешно. Мало того, что написано всё это было хоть и в явном духе чего-то официального, но не ссылалось ни на один нормативный акт или действующее правило.