Статист

С ближайших соседей он не брал денег за работу – только за детали, которые приходилось покупать самому. Многие этим злоупотребляли и несли Кулибину всякое старьё, требующее реанимации.

В тот день Роман пришёл к соседу явно расстроенным. Для приличия нажал кнопку звонка. Часто в ответ можно было услышать из глубины квартиры привычное: «Заходи, открыто!». Иногда дверь отворяла дочка, которая после развода родителей предпочла остаться с отцом. Вот и на этот раз в дверном проёме появилась весёлая веснушчатая рожица девушки-подростка

– А-а, это ты, Ромка-соломка! – растянулась в приветливой улыбке рожица.

– Что батя делает? – спросил Роман, прикрывая за собой дверь.

– Паяет! – всё так же весело ответила девушка. – А где твоё «здрасьте»?

– Привет, Жанка-баклажанка!

Рифмами к именам они наградили друг друга из-за цвета волос – у Романа они были светлые и прямые, а у Жанны тёмно-фиолетовые и волнистые.

– Привет! Обувай тапки и проходи. Я только что полы помыла. Целый день ходят и ходят, а на улице дождь.

– Будешь возмущаться – отправлю к матери! – раздался из комнаты голос отца.

– Ага, щас! – огрызнулась дочь. – А кто тебя кормить будет? Кстати, Ромка-соломка, ты голодный? Я картошки натушила.

– Нет, спасибо!

– С мясом и с овощами, – продолжала соблазнять девушка.

– Не знаю, может быть, потом. Пока я с отцом твоим хочу поговорить.

– Ясно: отвяжись! – Жанна изобразила обиду на смешливом лице.

– Ну что ты, Жаннет! Просто хреново у меня на душе.

– Понятно: водку пить будете, – тяжело вздохнула девушка и упорхнула к себе.

Роман вошёл в комнату-мастерскую хозяина и поздоровался.

– Здорово, коль не шутишь, – не отрываясь от работы, приветствовал тот соседа. Сосредоточенно глядя через огромное увеличительное стекло, он собирал что-то очень мелкое и хрупкое.

– Кулибин, чай будешь? – спросил гость, ставя перед хозяином бутылку коньяка.

– Фух, напугал! Я думал, и правда ты уже на чай перешёл.

– А это и есть чай, – Роман невесело улыбнулся.

– Иди ты! – Кулибин отложил работу, взял в руки бутылку, покрутил её перед глазами, потом рассмотрел внимательно через увеличительное стекло и неуверенно произнёс: – Да вроде не похоже на «катанку». Вроде как заводская.

– И, тем не менее, это чай. Я купил его на чаевые. Понимаешь, мне, русскому офицеру, сегодня дали чаевые. Мне! Как какому-нибудь гарсону!

– Вот чудак! Дали – не отобрали.