Статист

Видать, чувствовал он, что придут за ним, потому и не хотел, чтобы фотографии попали в чужие руки. Ты их смотрела?

– Смотрела. Ничего особенного – обычные семейные фотографии. В детстве он смешной был, лысый и кривоногий. Армейских фотографий мало. Зато бывшей жены больше чем надо. Ладно, сейчас принесу, можешь сам глянуть.

– Делать мне больше нечего! Просто спрячу надёжно, и всё. Придет Рома из тюрьмы – отдадим.

Девушка вышла и, вернувшись через минуту с альбомом, спросила:

– Теперь ты расскажешь, что случилось? Какое такое убийство вешают на Ромку?

– Да ещё и сам толком не знаю.

Думаешь, мне эти менты что-то рассказали? По новостям смотрел, что какого-то большого чиновника застрелили и в этом обвиняют нашего соседа, дескать, он бывший спецназовец, а теперь работает киллером. Даже арест показали.

– Вот это да! – воскликнула Жанна с явным сожалением. – Вот так всегда, пропускаю самое интересное. Ну ничего, в Интернете поищу – там наверняка есть все подробности.

– Кому что, а вам, молодым, только бы на шоу поглазеть.

Иди лучше на стол накрой. Я голодный как волк.

Дочь повернулась, чтобы уйти, но заговорившее в Кулибине тщеславие заставило изменить решение.

– Стой! – произнёс он. – Я тебе сейчас кое-что покажу. Ну-ка, глянь в монитор. Что видишь?

– Ух-ты! – воскликнула Жанна, увидев себя на экране попеременно в четырёх окошках, когда Петрович включил повтор записи. – Когда ты успел?

– Да уж успел, – напустил на себя скромность мастер, довольный произведённым впечатлением.

Затем он взял со стола электрошокер и спросил: – А это знаешь, что такое?

– Хм, удивил! Шокер. У моих подружек есть такие, даже получше – с выстреливающими электродами.

– Как это?

– А я там знаю! Вылетают две штуковины на проводках, вонзаются в тело, жертва получает разряд в несколько тысяч вольт – и падает как подкошенная. Как-то так. Сама я не видела – знаю только по рассказам. Но если тебе интересно, то я возьму у Наташки и покажу тебе.

– Обязательно принеси, не забудь.

А теперь марш на кухню! Я через пять минут приду, и чтобы стол был накрыт.

Жанна вышла на кухню и принялась хлопотать над плитой, пытаясь реанимировать блюда трёхдневной давности. Вдруг сквозь звук скворчащей сковороды она услышала непонятный шум в комнате отца. Вбежав в комнату, дочь увидела сидящего на полу папашу, потирающего правое бедро, и валяющийся на полу шокер.

– Вот, решил на себе попробовать, – виновато произнёс Кулибин.