Имя ему 666

Было ясно – нужно встретиться с этим Гургеном Акоповичем, других вариантов выяснения ситуации не представлялось. Спустившись вниз, она села на лавочку у подъезда и стала ожидать. «Что же происходит? Кто такой Гурген Акопович? Похоже, он новый владелец квартиры. Неужели Настя всё же продала её? Где теперь она и малыши?» – мысли хаотично атаковали её мозг. Начинало смеркаться, когда к подъезду подъехала бежевая «девятка», из неё вышел мужчина далеко не славянской внешности.

Встав с лавочки, Нина Григорьевна громко к нему обратилась: – Гражданин, простите.

Не вы ли будете Гурген Акопович?

Замедлив шаг, риэлтор остановился и, повернувшись к ней, спросил: – А вы, собственно, кто будете?

– Где Настя? – женщина решила не тратить время на условности, а «брать быка за рога». – Не знаю, она съехала, теперь я владелец квартиры. С документами у меня всё в порядке, – развернувшись, он хотел было продолжить свой путь. Нина Григорьевна поняла, что нужно менять тактику, иначе она ничего не разузнает:

– Погодите, я её тётя.

– Вы из Рязани? Она говорила мне о вас.

– Где я могу её увидеть? – с волнением продолжала женщина.

«Удачливый» риэлтор расчувствовался и предложил ей присесть на лавку, у которой она оставила чемодан:

– Как к вам обращаться?

– Нина Григорьевна.

– Так вот, Нина Григорьевна, Настя увязла в долгах и решила продать квартиру, чтобы как-то решить свои проблемы. Вы в курсе, что она употребляла наркотики?

– Да, знала.

Я и приехала, чтобы ей помочь.

Закурив сигарету, мужчина продолжил: – Кстати, она говорила мне, что кроме тёти у неё никого нет. Сегодня, примерно в полдень, она освободила жилплощадь и удалилась в неизвестном направлении, не исключено, что она могла уехать к вам в Рязань. Простите, у меня дела, я должен идти, – Гурген Акоповичь поднялся с лавки и пошел в сторону подъезда.

На дворе окончательно стемнело, кое-где на столбах зажглись фонари уличного освещения.

Нина Григорьевна продолжала сидеть, уставившись в одну точку. Она не заметила, когда погас свет в столь дорогих её сердцу окнах. Также не слышала, как запустился двигатель «девятки» её недавнего собеседника, и как он укатил восвояси – она тоже не видела. Изрядно продрогнув, но так и не возвращаясь в реальность, немного сутулясь от навалившегося горя, женщина встала и медленно поплелась в сторону остановки.