Зелёная зона

Мало ли что несут люди в пьяном виде. Так что ты меня извини…

– Не знаю.

Она упрямо мотнула головой:

– Я еще такого не слышала. Ни от пьяных, ни от трезвых. Мне еще такое никто не говорил!

– Да я не соображал, что говорю! – взорвался Виктор. – Неужели не ясно!

– Еще как ясно! – закричала в ответ Арина. – Значит, у тебя это было вот здесь, – она постучала кулачком по голове, – в подсознании!

– Чего? – возмутился Виктор. – Чего ты мелешь?!.

Он неожиданно успокоился, остыл. Вид у Арины был жалкий, и сердиться на нее не стоило.

– Послушай, – примирительно сказал Виктор. – Ну чего ты, в самом деле? Ты же не вчера родилась. При чем тут подсознание! Ты что, не знаешь, что в таких ситуациях мужчины всегда говорят подобные вещи?

– Я знаю, – кивнула Арина. – Только на этот раз все было по-другому.

– В каком смысле «по-другому»? – опешил Виктор.

– В прямом! – отрезала Арина. – По-другому, чем во все остальные разы. Именно, что я не вчера родилась.

Виктор почувствовал, как в нем снова медленно начала закипать злость. Предыдущие подозрения вспыхнули с новой силой.

У этой девчонки явно что-то на уме!

Неспроста же она так упрямо все время твердит эту ахинею. Конечно, девочка чертовски хороша, тут и разговору нет, только лучше бы ей находиться сейчас подальше отсюда, гораздо спокойнее было бы.

И чего, в самом деле, он ее сюда притащил, такого с ним не случалось много лет. Женщины ведь не понимают разницу между ночью и днем.

Мало ли что происходит ночью, к дню все это не имеет никакого отношения!

Виктор неожиданно вспомнил, как стонала, задыхалась от наслаждения Арина. Воспоминание было острым, пронзительным.

Он склонялся над нею, отбрасывал в сторону мокрую от пота простыню, дотрагивался до ее мягких губ и нежного тела, проваливался куда-то в небытие, пропадал в теплой сладости, пронзающей все его нутро.

А в чем-то девчонка права!

Видимо, столько лет глубоко сидевшая в нем, никем не востребованная нежность вырвалась наружу в ту минуту, в тот самый момент, когда приглушенный алкоголем рассудок уже не мог контролировать его, разгоряченного от близости обнаженного женского тела…

Виктор встряхнул головой, сердито отбросил от себя совершенно излишние сейчас воспоминания.

– Вот что, – сказал он спокойно и твердо, – я тебя в последний раз прошу. Извини, если я наболтал чего-то лишнего ночью. Не бери в голову. С кем не бывает.