Советник президента

А может быть, его покушение на убийство было местью за предполагаемое отравление Великобританией Ивана Грозного? Или мы хотим таким образом сорвать чемпионат мира по футболу? Наше министерство иностранных дел насчитало двадцать четыре таких нелепых версии! И потому я рад, что двадцать семь стран встали плечом к плечу, чтобы сказать, что они больше не глотают эту чушь.

– Борис, опомнись! Похоже, ты начитался бульварной прессы, откуда и черпаешь информацию. Или наслушался наших горе-политологов, которые днюют и ночуют на ток-шоу.

– Не беспокойся, желудки у нас крепкие. А вот вам я бы посоветовал покаяться!

– Да в чём? Ну вот скажи, зачем нам вся эта возня накануне выборов?

– Вам лучше знать… Ваши чекисты всегда работали топорно.

– Это ты об аресте Рейли?

– Досадная случайность! А вспомни про Олега Гордиевского.

Тут нечего было возразить, поэтому ещё добавили.

– Борис! Ты категорически не прав. Цепляешься за факты, а вот наш Славик утверждает, что важна их интерпретация. Ты зажмурь глаза, глубоко вдохни и признайся, хотя бы самому себе, что достоверного прошлого не существует.

– Как это так? Мой прадед был турецкий журналист. Я что же, должен в этом сомневаться?

– А почему бы нет? Чем ты гордишься? Тем, что он отдал приказ об аресте Ататюрка?

– Знаешь, если бы не присутствие Галины, я бы…

– И что? – поинтересовался Митя, расправляя плечи.

– Я бы пить с тобой не стал!

Галина, всё это время дремала, прислонясь к плите. Но после таких слов внезапно встрепенулась, вырвала бутылку из рук Мити и пригрозила:

– А вот я Владим Владимычу скажу!

– Ябеда! – огорчился Митя.

– Ты меня ещё плохо знаешь.

– Да я как стёклышко!

– Вижу я! Ну как тебя такого везти в Москву? Стыдоба!

Странно, но эти слова вызвали удивление у Джексона. Он посмотрел пьяными глазами на Галину и сказал:

– Мадам! Как ни приятно мне ваше общество, но в Москву я не поеду.

– А куда ты денешься!

– Я хочу домой.

– Ты теперь у нас в плену, так что не рассчитывай.