Уровни Эдема

Ему под столами подключать оборудование не требуется, катушку с проводом на плечо закидывать тоже не по чину, вот и форма соответствующая, великосветская, рекомендуемая, между прочим, к ношению всеми сотрудниками. И мне тоже – судя по ворчанию кадровика, в жизни не нюхавшего запаха горелой проводки. Но остальные руководители понятливые, оттого за вольную форму одежды не преследуют. Думаю, пришел бы в веригах на босу грудь – тоже ничего не сказали бы (шесть тысяч – либо псих, либо подвижник). Хотя официально «набираюсь опыта после университета» и «работаю на стаж».

– Хорошо, – кивнул я, проходя к своему столу у дальней стены довольно крупного помещения, заставленного столами с компьютерами.

Так как отдел был рассчитан на восемь человек, рабочих мест было соответственно. Такой себе лабиринт, который никак не разрешали отодвинуть к стене. Вдруг действительно кого наймут?

– Добрый день, – спотыкнувшись о первый же стол, неловко поздоровался с замначальника.

Зам, светлейшая Анна Михайловна, грустно посмотрела на меня покрасневшими от простуды глазами и прицельно чихнула в сторону шефа.

Тот аж голову в плечи вжал и опасливо посмотрел в ее сторону.

– Может, вам больничный взять? – С участливостью, в котором сквозило подозрение, спросил он.

– Нет-нет, – простуженно прогудела зам и взялась за телефон кому-то названивать.

«Скоро будет у меня новый шеф», – кивнул я своим мыслям, и, стараясь не вдыхать лишний раз, дошел до места, подхватил «тревожный чемоданчик» и постарался быстро выйти из инфицированного помещения.

 – «Выживет она его. Вычихает. А если тот не заболеет – отравит, точно говорю».

Сама Анна свет Михайловна выглядела совершенно безобидно и даже где-то прекрасно в свои тридцать два года. Высокий рост, строгий костюм с юбкой и блузкой, подтянутый внешний вид делали ее довольно симпатичной. Наверняка, если добавить немного косметики и мастерства парикмахера, то вышла бы и вовсе красавица. Но, думаю, красиво собранные черные волосы и эффектно подведенные ресницы уничтожили бы все ее отношения с другими отделами, где традиционно правили женщины (а как же стать начальницей без поддержки остального кошачьего прайда?).

А так те ее даже любили, изредка пытаясь организовать личную жизнь Анны Михайловны с многочисленными племянниками и внуками. Именно на это она их поймала, вызвав некоторое подобие материнской любви, изредка исповедуясь об очередном разрушенном романе и очередном козле в ее одинокой жизни.