Напряжение на высоте

Как нам с невестой ведомо, тяжбы за данные земли велись еще вашим прадедом, но не нашли удовлетворения, но ныне…»

– Это что? – обернулась она ко мне.

– Благодарность князю Прозоровскому за помощь в твоем освобождении. Там надо подписать внизу, запечатать и отправить.

– А он помогал? – осторожно уточнила Ника.

– Нет. Даже пальцем не пошевелил, – признал я.

– Тогда зачем?! – возмутилась моя невеста. – Это слишком много для того, кто не сделал ничего!

– Как считаешь, он этого не поймет? – взглянул я на нее чуть устало.

Ника гневно смотрела на меня.

– Какая разница, поймет или нет? Если он тут ни при чем, я не вижу ни малейшего повода это подписывать!

– Разница весьма значительна, – не согласился я в ответ. – У князей гипертрофированное чувство чести. Они нам не помогли, но получат в дар то, от чего будет сложно отказаться.

Я зашел в комнату и стал двигаться вдоль стопок с бумагами.

– Старые секреты, долги, документы на землю, решение загадок, поиск утерянных родственников… – слегка касался я документов.

– Они решат, что все так и должно быть, – упрямо произнесла Ника, уронив руку с зажатой бумагой. – Они решат, что они князья, а ты неизвестно кто.

Я подошел к ней и обнял со спины.

– Неизвестно кто не может сжечь кремлевскую башню. Стоит признать это, и такие вещи станут делать другие неизвестно кто, а это очень опасно. Им придется объяснить, почему это было позволено мне и запрещено остальным.

– Потому что ты Юсупов?

– Одна из версий. Но она мне не нравится. Мы подскажем им другую причину. – Я подул ей на шею и поцеловал в затылок.

– Скоро твоему деду доложат, и он сделает по-своему.

– Думаю, у нас будет еще день до этого.

– Разве мы успеем за один день?

– Одного дня для такого дела недостаточно, – согласился я, чуть покачиваясь с девушкой в объятиях, – но чтобы завершить начатое пять лет назад – его вполне хватит.

Ника недоверчиво покосилась через плечо.

– Завтра, – успокоил я ее, – я расскажу тебе завтра. – Улыбнувшись, я отпустил ее и отодвинул для нее кресло.