Горькое молоко – 3. Сайга для деда. В погоне за кардиналом

Затем снял с себя пиджак и бросил его на пол:

– Дайте мне вначале выпить, а то меня с души сейчас будет рвать, – возмущенно говорил он.

Ему налили пол стакана водки, и он залпом выпил её, опрокинув следом в рот банку сардин. Пропустив за считанные секунды через свой пищевод всю сардину, отломил большой кусок колбасы.

– Ты чего Гоша кусок смоляной пакли выложил на стол, – с тревогой спросил Колчак.

– Это не пакля, а шиньон моей «жены».

– Выражайся яснее, что ты украл его у неё?

Гоша закрутился на стуле:

– Где туалет? – зажал он рот рукой.

Марек быстро подвёл его к унитазу и включил дверь. Потом подошёл к столу, взял шиньон в руки, затем поднёс его к носу и понюхал:

– Действительно не пакля, а натуральный волос, – сделал заключение Марек.

– Он же сказал, что это шиньон жены, – напомнил ему Вовка.

Тогда Марек положил его себе на голову и сел на стул.

– Больно жидкий он для головы, – заметил Марек.

Гоша, услышав разговоры двух друзей, крикнул им из туалета.

– Это шиньон от Машиного полового органа.

Марек моментально с брезгливостью скинул его со своей головы, а Колчак зашёлся от смеха, держась за живот.

– Сразу не мог предупредить, – недовольно крикнул Марек, – я уже чуть на язык его не попробовал.

– Не успел я, – ответил Гоша.

Когда он очистил свой желудок, налил себе ещё в стакан водки и повторил попытку излечения:

– Не знаю, когда я теперь отойду от такой свадьбы, – он опрокинул водку в рот, поднеся кулак к носу, затем ударил себя им по голове несколько раз.

– Гоша, прекрати интриговать, рассказывай? – почувствовал нелады в истории со свадьбой и Марек.

У Гоши глаза налились кровью и, приложив правую руку к сердцу, он начал излагать историю брачной ночи:

– Сердце раскурочено у меня, не подлежит капитальному ремонту, – истошно взвыл он и, обведя звериным взглядом двух друзей продолжил: – Не было никакой Маши. Я утром в пять тридцать проснулся, а у меня рука лежит вот на этом шиньоне. Я сразу обнаружил, что больно выпуклая у неё манюня, ну и со злости дёрнул.

– Гермафродитом оказалась? – построил свою догадку Марек.

– Хуже, чем ты произнёс это слово, – взглянул на ребят Гоша, – Мишей Плясуном моя женщина оказалась.

Колчак опять зашёлся от смеха, а Марек с недоверием смотрел на Гошу, открыв рот.

Вовка показывал пальцем на Саньку и отрывисто ему говорил, глотая воздух ртом.