Рафаэль и бабы-жабы

–Уймись, у нее отец украинец из Тернополя, – возразила Швец и вкрадчиво спросила. – Что ты имеешь против евреев?

– Они слишком хитрые, норовят надуть, – твердо заявил художник. – Мы живем и работаем по принципу: прежде думай о Родине, а потом о себе, а они испокон веков гребут под себя, из всего извлекают личную выгоду. Надо ухо востро держать.

– Не клевещи на моих соплеменников.

–Какая же это клевета, если исторические факты – упрямая вещь, – оживился Суховей.

.—Хватит, Рафаэль, хватит! Слушать не хочу,– заявила Швец, закрыв уши ладонями.

 – Тебе, наверное, темечко напекло. На евреях свет клином не сошелся, поэтому не вешай на них всех собак. Среди них есть честные, порядочные люди…

–А-а, правда-матка глаза колет.

– Не отвлекайся от темы, – велела Тамила. – Виола Леопольдовна больше пяти лет успешно трудится риелтором на рынке вторичного жилья. Занимается маркетингом и менеджментом, знает спрос и предложения, котировку цен на простое и элитное жилье. Настоящий профи.

– Не приведи Господь, если какая-нибудь аферистка, – засомневался сосед.

– Рафаэль, побойся Бога, я Виолу Леопольдовну знаю, как свои пять пальцев, – заверила Швец. – Не трусь, можешь на меня положиться, я тебя в обиду никому не дам. Виоле доверяю, как самой себе, еще ни разу не подвела, как говорится, под монастырь, а точнее, под синагогу.

– Благодарю тебя за поддержку, – Суховей склонил голову. – Верно, говорят, что мир не без добрых людей.

– Помоги ближнему. Я следую этой библейской заповеди,– с удовольствием призналась Швец.

 – Люди – одна большая родня, ведь род земной пошел от согрешивших в райских кущах Адама и Евы.

– Тамила Львовна, я в этих мудреных маркетингах не разбираюсь, но как бы мне с нею встретиться, время ведь не терпит?

– Нет проблем. Пригласи нас в ресторан «Фея», «Гюйс», или в казино «Золотое руно», так поступают деловые люди. Там за бокалами шампанского, коньяка и изысканными блюдами обсудим все вопросы.

– Не люблю я по ресторанам и другим шумным публичный местам ходить,– возразил старик и, не скрывая своей тревоги, признался.

– Так вы меня по миру пустите. Откуда у нищего пенсионера средства на рестораны и казино, едва концы с концами свожу.

– Тогда пригласи в свою холостяцкую берлогу, на чай, – предложила Тамила. – Только имей в виду, не приставай к ней с телячьими нежностями. Виола, женщина властная и таких вольностей не прощает.

– За мною такое не водится. Вышел из юного возраста.