Под знаком скорпиона

Капитан Михно, оставив нас на попечение старшины, исчез где-то в недрах здания. Может, консультируется. Намеренно не торопится, доводит нас до кондиции, до панического состояния. Только напрасны старания, Ларцева, похоже, освоилась.

– Вра-ча-а, доктора! – опять донесся визгливый голос и дребезжащий стук. Майор направил помощника разобраться, в чем дело. Вскоре сержант, рыжеусый парень, в щегольски надвинутой на лоб фуражке с красным околышем и кокардой возвратился и доложил майору. Переговорное устройство оказалось включенным, и я услышал разговор.

–Этот хмырь, токсикоман, которого привезли с дискотеки, вскрыл себе вены лезвием, – сообщил сержант. – Под каблуком туфли, зараза, прятал. Все стены кровью вымазал.

– Ничего, завтра заставим забелить, – спокойно произнес майор. Наверное, в его практике это был не первый случай.

– Просит вызвать "скорую",– продолжил рыжеусый.

– Как он? Много крови вышло?

– Ничего, балдеет.

– Ну, давай, вызывай, а то дуба даст, – велел майор сержанту. Наконец послышались шаги на лестнице, и появился Савелий.

– Более трех часов без официального предъявления обвинения не имеете права задерживать граждан, – напомнил я ему.

–Вас никто не задерживает, гражданин Смоляков,– возразил оперуполномоченный. – Свободны. Можете идти на все четыре стороны.

– Я имею в виду Снежану Ларцеву.

– Вы, что, муж, брат или ее адвокат? Какая трогательная забота о «ночной бабочке», – капитан изобразил на лице удивление.

– Я – заинтересованное в ситуации лицо.

Мое упорство передалось блондинке. Она плотно сжала капризные губы, а прежние зеленовато-голубые глаза приобрели серо-стальной оттенок. Я удивился своему неожиданному открытию. Глаза меняли свой цвет в зависимости от настроения их обладательницы: от зеленовато-голубых и бирюзовых до серых. Феноменально. У моей Валентины был неизменно златокарий цвет зрачков, в каком бы расположении духа она ни пребывала. Блондинка собралась, как пружина, готовая к самым каверзным вопросам блюстителя.

– Гражданин Смоляков, – выразил он крайнюю степень осуждения. – Вы свободны, не мешайте вести дознание. Ваше присутствие неуместно. Если потребуется, вызову вас повесткой. Упрямство может выйти боком.

–Начнем с досмотра личных вещей и документов, гражданка… – капитан запнулся, надеясь из ее уст услышать фамилию.

Выдержав паузу под строгим взглядом офицера, она произнесла:

– Ларцева Снежана Павловна.

– Документы, живо на стол!?

– Нет. С собой не ношу.