Мандат лицедея. Часть вторая

После этого пикета съемку продолжишь в зале заседаний, когда дам команду.

В знак согласия оператор кивнул головой. Ярыга повернулся спиной и направился к главному входу. На внутреннем фасаде с гербами Украины и Крыма, подпираемого двумя круглыми из серого гранита колоннами, за стенами и витражами которого находится главный зал для заседаний парламента были смонтированы названия из выпуклых золотистого цвета литеров: по центру на украинском языке «Верховна Рада Автономноi Республикi Крим», справа – на русском «Верховная Рада Автономной Республики Крым» и слева – на крымскотатарском «Къырым Мухтар Джумхуриетининъ Юкъары Радасы».

Подъезды к зданию были ограничены автоматическими шлагбаумами, постороннему транспорту доступ был закрыт. Марк знал, что здание нашпиговано видеокамерами наружного и внутреннего наблюдения, поэтому его прибытие и общение с пикетчиками отразилось на мониторах, установленных на посту охраны.

Информация о его манипуляциях поступила к спикеру. Ярыга и его коллеги не сомневались в том, что в кабинетах членов Президиума, руководителя Секретариата, главного редактора парламентской газеты «Крымские известия» и других персон, в залах заседаний фракций тайно установлены «жучки».

Проявляя чрезмерную бдительность, конфиденциальные беседы он предпочитал вести на свежем воздухе, подальше от спецоборудования и аппаратуры, способной на небольшом расстоянии от объекта наблюдения и прослушивания сканировать информацию по вибрации стекла или иным факторам.

Для него не было тайной, что сотрудники службы безопасности при отсутствии реальной борьбы с коррупцией и другими экономическими преступлениями, с чуждыми православию сектами «Свидетели Иеговы», «Адвентисты седьмого дня» и разного рода баптистами, проявляют повышенный интерес к vip-персонам. И это вопреки тому, что по закону сотрудникам спецслужб запрещено заниматься политическим сыском. Но, похоже, что для них закон не писан.

Ярыгу уже на серых гранитных ступенях настигла и обогнала звуковая волна, усиленная мегафоном.

– Господа депутаты, слуги народа! Не лишайте детей спорта, не забирайте у них последнюю радость! – набатом гудел бас Жебеля.

– Не лишайте нас спорта, не забирайте у нас последнюю радость, – вторили ему словно эхо, голоса подростков. Один из них трубил в горн, а другой выбивал палочками дробь из старого барабана, чудом сохранившегося от пионерской организации, попавшего в руки кадетам.