Мандат лицедея. Часть первая

– Умная вы, однако, Алена Дмитриевна. Мне, кажется, что я вас недооцениваю, – неудачно польстил он.

– Мы с вами не на аукционе, не на торгах, чтобы оценивать, друг друга и ставить пробы,– уязвила она его. – Да и нет в этом смысла. К тому же мужчины, в большинстве своем, хотя есть и приятные исключения, очень нетерпеливы и прямолинейны.

Вместо того чтобы взять крепость затяжной осадой, лаской и щедростью, они, сломя головы, бросаются в лобовые атаки и проигрывают. Не понимают красоты, магия, прелести, тонкости и ранимости женской души.

Но не буду посвящать вас в тайны, раскрывать все козыри. До свидания, спокойной ночи, – внезапно свернула она диалог.

– Спокойной ночи,– успел пожелать и связь прервалась. Марк, плотно затворив дверь, прятался от Эльвиры в самой дальней комнате, иначе отдых и ночь считались безнадежно пропащими.

Даже в полной тишине, когда благоверная выводила высокие рулады, он невольно ощущал вибрацию, словно поблизости промчался тяжело груженый товарняк.

«Во, вампирша, сколько она моей кровушки выпила и сколько еще выпьет, считая бесплатным донором»,– со злостью думал он, проснувшись среди ночи и предчувствуя разорванный короткими антрактами сон.

Но на развод Ярыга не решался, надеясь в перспективе на капитал и протеже тестя, хитрого и прижимистого еврея, поставившего условие о рождении наследника, то есть внука, чтобы прочно привязать Марка к дочери, следуя поговорке: чья бы корова не мычала, а теля наше будет, еврейской породы.

Тесть не без оснований подозревал, что Эльвира и зять живут, как собака с кошкой и поэтому не торопился с инвестициями и субвенциями в заведомые прожекты зятя который, как тот дурень думками богатеет. Марк прилег на диван, долго не мог сомкнуть глаз.

Лишь перед рассветом с тайной мечтой об Алене и блаженной улыбкой на сытом лице погрузился в дрему.

3

Утром, ни свет, ни заря, позвонила взволнованная Рудь.

– Марк Исаевич, Родион так и не появился. Всю ночь прождала, не смыкая глаз.

Часто звонила, но безответно, словно оглох или сгинул не весть где-то.

– Это уже серьезно. Босс, не из тех людей, кто своим молчанием способен доставлять тревогу вам и коллегам по работе, согласился Ярыга. – Надо, действительно, принимать экстренные меры. Лада Аркадьевна, давайте, если не возражаете, через полчаса встретимся в офисе, и уже там решим, как быть и что делать? Трезво рассудим, чтобы сгоряча не наломать дров, не навредить.