Мандат лицедея. Часть первая

Это типичная ситуация и ее надо принимать, как должное, в порядке вещей. На Западе давно с этим смирились и не делают из банальных историй трагедию. К сожалению, номеров телефонов Алены у меня нет, потому, как не испытываю к ней симпатий,– решил он не сдавать пассию шефа.

– Как это нет? Покрываете, защищаете Родиона,– упрекнула женщина. – Вы, что же с Аленой не общаетесь, не ведете телефонных разговоров? Она же ваша сотрудница?

– Веду, но по телефону, что в офисе, а в свободное от работы время ее не беспокою, пусть отдыхает и занимается личными делами.

– Не нравятся мне отношения Родика с этой кралей,– призналась Рудь.– Уговори, чтобы он смазливую Алену уволил, а принял тихую женщину в летах, чтобы не возникало соблазнов.

– Хотя я и сам от нее не в восторге, но Алена Черных – хорошая работница, приветливая, аккуратная, незаменимая.

– Незаменимых людей не бывает, – возразила Рудь. – Чует мое сердце, что он наломает с нею дров этими тайными неформальными отношениями. Она с кем-нибудь ребеночка нагуляет и подставит моего мужа.

Скандал закатит, слезу пустит, а он у меня такой валух, что согласится кормить чужое дитя. Нынешние девицы, наглые и ушлые, на любые аферы способны. Сломает она ему карьеру и жизнь. Родик очень внушаемый и заботливый, чужую боль близко к сердцу принимает.

– Лада Аркадьевна, я бы охотно исполнил вашу просьбу, но мои функции на личную жизнь шефа не распространяются. Поймите мне не с руки ссориться с тем, кто кормит, продвигает к власти.

Я – мелкая сошка, в офисе парадом командуют другие.

– Марк Исаевич, вы же его правая рука и при желании можете повлиять, а я в долгу не останусь.

– Правая рука, но по политическим, депутатским делам, а не по интимным. Это заповедная зона и мне туда доступ закрыт, да и зачем мне лишняя головная боль. С Родионом Карловичем мы договорились встретиться завтра, то есть, уже сегодня утром в офисе, в восемь часов. А вы понапрасну не волнуйте, такая незавидная участь у депутата.

Он себе не принадлежит, так как является слугой народа.

– Ох, Марк Исаевич, не смешите меня, хотя какой может быть смех, когда на душе кошки скребут. Шибко вы о народе думаете, потому ему трудно, несладко живется в этой разворованной державе. Лучше бы вы не мешали людям жить, не создавали своими абсурдными и глупыми решениями дополнительные трудности и проблемы.

– Не всем плохо живется, поэтому бедные пусть учатся у богатых добывать деньги.