Горячая версия

Встречаются такие наглые типы, любители подрезать, а ГАИ мышей не ловит ли боится связываться с крутой публикой…

– Говоришь, не отстает? – насторожился хозяин и обернулся к телохранителю.

– Внимательно посмотри, что за фрукт?

Игорь через заднее тонированное стекло попытался рассмотреть людей в иномарке, заметив двух мужчин.

– Георгий Алексеевич, будьте осторожны, пригнитесь, – посоветовал Игорь и нащупал во внутреннем кармане куртки пистолет ТТ. – Черт знает, что у них в голове. Разборки с использованием взрывных устройств и оружия стали привычным делом для конкурирующих криминальных групп.

– Николай, может, ты кому-нибудь на мозоль наступил? – спросил Кремень, теряясь в догадках и отлично сознавая, что сам, наращивая политический капитал и обретая популярность, нажил немало врагов. – Я человек мирный, не злобный, – ответил водитель. – Мое дело крути баранку. В чужие дела нос не сую.

– Может, рэкет на тебя наехал? Частным извозом не занимаешься? – допытывался Игорь.

– Нет, – возразил Николай и с досадой заметил.– Это у вас появились проблемы.

Гнетущая атмосфера тревоги заполнила салон «Volvo». Ощущение того, что их преследуют, нарастало с каждой секундой. «Черт подери, неужели и мне уготована участь зверски убитого обрезком арматуры Штокмана, – подумал Кремень. – Может, остановить машину и переждать? А вдруг опасность пригрезилась из-за излишней бдительности. Без паники, без паники, он не дрогнет, если даже судьба сведет с хладнокровным киллером».

– Игорь, на всякий случаи приготовьте оружие, – тихо приказал он. Тот исполнил его приказ. Кремнев под расстегнутой полой дубленки рукой ощутил твердость бронежилета, выдерживающего выстрелы из автомата. Месяц назад, впервые остро ощутив угрозу собственной жизни, он за доллары приобрел бронежилет во время командировки в ФРГ. Тогда же обзавелся и телохранителем – спортсменом.

– Не робей, живы будем – не помрем, – подбодрил он Игоря и тронул за руку водителя, намереваясь остановить машину.

В последнюю секунду водитель попытался вырулить в сторону, но страшный удар впечатал его в сиденье. Раздался скрежет металла, брызнули осколки и заклинило дверцы. Невыносимая боль тысячами раскаленных игл пронзила сознание Кременя, и это было его последнее ощущение.