Вторая жизнь майора

Королевство небедное, содержит большую армию, так что соседи не рыпаются. А соседи у Вангора очень даже воинственные. На юге Лигирийская империя, подмявшая под себя ни много ни мало восемь больших и малых царств. Сейчас отражает набег неразумных орков. Юго-восточнее – Великий лес, где живут Истинные эльфары. Правит ими князь Гвидон. Шутка, но очень похоже: его зовут Гвариол. С востока – море. Называется Море слез. Там во времена сезона штормов гибнут рыбаки. Сезоны приходят в разное время неожиданно. Море вздуется бурливо – и все, капец, месяц штормов и плача рыбачек.

На западе Великий хребет, протянувшийся с юга на север, смотрит в снежной папахе в синеву. А на севере Нехейские горы, которые прикрывают Вангор от Гиблых земель.

Там в незапамятные времена произошла битва с теми, кто пришел с неба. Пришельцев, как я понял, замочили, применив запредельную магию. Но осадочек остался. Теперь там живут какие-то дикие племена, изуродованные физически и морально, по выражению дядьки Овора, – магия на них не действует, а только «честное железо».

Нехейские свободные Бароны, именно так, с большой буквы, не входят в Вангорское государство, они союзники. Нехейские горы – территория фронтира. Там нет крепостных, кроме дворовых холопов. Оттуда не выдают преступников. Там все – мужчины, женщины, старики, дети, – если надо, встанут насмерть и не отступят. Свой кодекс чести – от барона до пастуха. Женщины в чести, наравне с мужчинами. Это диктуется равными правами на жизнь и смерть. Старики не брошены, в почете (если доживут до старости).

Одиноких содержит общество. Это я рассказываю, чтобы было понятно, в какой среде воспитывался Ирридар. Постоянные набеги дикарей из Гиблых земель выковали из нехейцев что-то вроде спартанцев.

Все знали – не дай боже убить нехейца или навредить ему. «Мстя» будет жестокой и непременно показательной. Поэтому даже не представляю, на что надеялись бандиты, пленив молодого нехейца. И еще одна интересная особенность воспитания детей Баронов: первенец наследовал все.

Дочерям выбирали хорошие партии, сообразуясь с выгодой семей жениха и невесты. Но особо не ущемляли. А вторые и последующие сыновья, как я понял, были отрезанным куском. В пять лет к ним приставляли старого, опытного, лучшего дружинника. Тот становился малышу дядькой, воспитывал его, обучал всему, что сам знал, до шестнадцати лет, когда наступало совершеннолетие. Потом они должны были покинуть отчий дом и искать своей доли на стороне.