Разрушитель божественных замыслов

– Отпусти волосы! – зло прошептала она и попыталась вырваться.

Но я не отпустил, а, сильнее ухватившись, злорадно произнес:

– Потерпишь.

И под восторженные крики довольных зрелищем орков потащил сопротивляющуюся орчанку к своему месту. Коли уж мне довелось на какое-то время заполучить невесту, да еще орчанку, она должна понять, кто здесь сверху, поэтому, не обращая внимания на возмущение, я дотащил ее до шамана и усадил рядом с ним.

– Принимай внучку, – широко улыбаясь, сказал я, довольный, что все-таки решил проблему со свободой шаманки, теперь совесть моя чиста, и стал наливать себе гайрат.

Дед равнодушно посмотрел на внучку.

– Зачем она мне? – спросил и отвернулся.

– Как это зачем? – Сбитый с толку, хлопая глазами и понимая, что выгляжу глупо, я смотрел то на умиротворенно сидящую Ленею, то на бесстрастного шамана. В голову стали закрадываться мысли, что меня все-таки провели и здесь имеет место сговор. Уж очень спокойно сидела небесная невеста и безразлично – ее дед.

– Мне не нужна свобода! – вдруг заявила Ленея. – Я остаюсь с тобой.

Она даже головы не повернула, все так же прямо смотрела перед собой. Дед только хмыкнул:

– Она твоя невеста.

– Она не моя невеста, она небесная невеста, – возмущенно ответил я и почувствовал, как наливаюсь гневом. – Я просто не дал ей стать женой кровного мстителя.

– Мне все равно, что ты с ней будешь делать, и больше меня по этому поводу не беспокой, – отрезал дед и потерял ко мне всякий интерес.

Я развернул голову шаманки к себе.

– Ленея, давай поговорим спокойно, – попросил я. – Мне некуда тебя брать, это раз, я учусь и живу в академии. Во-вторых, я несовершеннолетний. В-третьих, я не хочу жены и детей. И последнее, я тебя не люблю.

– Это не важно, – пожала она плечами, – я подожду, когда ты вырастешь, повзрослеешь и остепенишься.

– К тому времени ты из небесной невесты превратишься в дряхлую старуху и подавно мне будешь не нужна, – выложил я свой козырь… Как мне тогда казалось.

Но орчанка с обворожительной улыбкой показала свои небольшие клыки и ответила:

– Я останусь молодой даже тогда, когда ты умрешь от старости. Мы, первородные, живем дольше вас, людей. – И отвернулась.