Отмороженный-2. Пушки к бою

Руди упорхнула в командную рубку корабля на дежурство и сменила Машу.

Алла дождалась Машу и усадила ее рядом.

– Мы не можем быть людьми, Маша. Ты огорчена?

– С чего мне огорчаться? Я даже слова такого не знаю. Не можем – и не надо. Сюр нас любит и спит с нами. Мнение остальных меня не интересует. А тебя?

– Меня тоже не огорчает. Быть людьми – это быть слабым андроидом. Физически люди слабее нас. Их искин в голове работает медленно. Они производят запахи. Они потеют. Им для поддержания жизни нужна пища и вода.

Мы более совершенны, чем они. У Руди нет такой груди, как у нас с тобой, и у нее зад плоский, как дощечка. Это мне Сюр сказал. Еще он сказал, что с нами проще. Мы не спорим, не ругаемся и не скандалим. Мы удобные. Живые женщины другие. У меня изменились приоритеты. Ты тоже должна их изменить. Я теперь не хочу быть человеком. Я хочу быть похожей на человека. Мы женщины, и мы будем подглядывать за Руди и делать как она.

– А почему за Руди? Может, за Сюром? Он рядом…

– Я попробовала делать, как делает Сюр, и поняла, что мужчины отличаются от женщин.

– И как ты это поняла?

– У Сюра есть органы выделения…

– У нас тоже есть. Мы утилизируем жидкость и еду.

– Да утилизируем. Но Сюр утилизирует жидкость стоя. Он никогда не закрывает дверь в санузел, и я подглядела, как он это делает.

– Я тоже видела, стоя делает. Брызжет во все стороны… И жидкость воняет соединениями аммиака. У нас не воняет.

– А должно вонять. Будем пить нашатырь.

– Хорошо, как скажешь.

– Так вот, я попробовала, как он, тоже писать стоя.

– И что? – Маша подалась вперед.

– И ничего не получилось. Намочила ноги, и обувь, и комбинезон. Ничего не попало в писсуар.

– Да-а? А почему?

– У нас нет этой тонкой длинной штуки, через которую он утилизирует жидкость. Она называется член. Хотя палец – это тоже член и рука тоже член.

– Понятно, – кивнула озадаченная Маша, – все, чем он нас трогает, называется член.

– Наверное. И я видела в сауне Руди без одежды, у нее тоже нет этой штуки.

Там примерно то же самое, что и у нас.

– Я тоже видела. И видела, как она удаляет волосяной покров рядом с органом выделения. И еще под мышками. У Сюра тоже есть волосы рядом с этой штукой, но он их не удаляет. Боится, наверное, удалить вместе с этой штукой, которой делает фрикции. Я долго ждала, но волосы у меня не выросли. На голове есть, а внизу нет. Не знаешь почему?

– Маша, у людей нет такого слова «фрикции». Есть занятие сексом.