Два в одном. Закон долга

Он растерянно смотрел на Уильяма, и в его глазах сыщик видел страх.

– Виноват, вашмилость! Чего изволите? – выпячивая объемный живот, проблеял стражник.

– Изволю видеть начальника районной стражи.

– Сей момент!

Стражник поднес ко рту свисток и засвистел. Из-за двери выглянула еще одна сонная рожа с усами.

– Ну, чего еще? – недовольно спросила она.

Уильям ухватил стражника за ус и потянул к себе.

– Начальника стражи зови. Дело короны! – И показал жетон.

– Начальник стражи! На выход! – заорал как оглашенный стражник, и Уильям, усмехнувшись, отпустил его ус.

Через несколько секунд, застегивая ремень с коротким мечом, показался большой и кряжистый, словно дуб, стражник. Увидел сыщика с шуанем и грубо прикрикнул на своих бойцов:

– Чего разорались?!

– Так дело короны, вашмилость, – ответил стражник, стоявший на посту.

– Ты что мелешь?.. Пьян, сволочь! – заревел здоровяк и навис над стражником.

– Так вот, – залепетал стражник, – их милость так сказал и показал жетон.

Уильям предъявил свой жетон, и начальник стражи, этот богатырь, как-то сразу стал меньше. Его глаза забегали, и он дрожащими губами стал оправдываться:

– Простите, вашмилость. Не признал… Что угодно-с?

– Скажи мне, Кержак, на рынке видели двух южан, парня и девушку. Это государственные преступники. Кто-нибудь из стражников видел, с кем они общались? Не заметить их было нельзя.

– Вашмилость, сей момент все выясню и доложу.

– Пришлешь стражника на постоялый двор Митрофана, я там буду.

– Все сделаю, вашмилость!

Уильям кивнул и зашагал прочь. Он воочию увидел силу авторитета предъявленных им полномочий.

– Быстро, сукины дети, ко мне смотрящих за рынком! – командовал за его спиной Кержак.

– Ты, Уильям, все делал правильно, – сказал шуань. – Но зачем тебе сведения, с кем общались убитые? Их уже нет.

– Нам надо проверить и убедиться, что их было всего двое. Рынок – это такое место, где назначаются встречи, и кажется, что там можно затеряться в толпе.

Шуань уважительно покачал головой:

– Ты прав, Уильям, я об этом не подумал. Действительно мог остаться тот, кто за всем следил и находился в стороне. Куда идем?

– В тюрьму. Разберемся с бумагами.