Тайна последнего командора

Ну, ведь похож же!

Они работнику культуры и говорят:

– Слушай, а кто-нибудь может подтвердить, что ты – не разыскиваемый преступник, и что фамилия твоя совпадает с той, что в паспорте твоем написана. Кто-нибудь знает тебя в нашем городе?

– Точно! Знает и может подтвердить,– обрадовался задержанный,– у вас же вице-губернатор Петр Сергеевич Малета. Я с ним в Питерском управлении культуры «пуд соли съел». Давно не виделись, я все хотел встретиться, да все как-то проездом, все дела. Скажите, Марков Всеволод Иванович, привет передает.

Ну, звоните же скорей!

Дежурный капитан линейного отдела полиции набрал номер телефона областной администрации, представился, кратко объяснил секретарю ситуацию и попросил соединить его с вице-губернатором Малетой. Секретарь, проникнувшись важностью момента, набрала Петра Сергеевича.

– Петр Сергеевич, тут звонят из линейного отдела полиции, говорят, что они какого-то Вашего друга задержали, в КПЗ у них сидит. Дежурный капитан просит с Вами соединить.

– Соединяйте,– скомандовал вице-губернатор без лишних уговоров.

– Уважаемый Петр Сергеевич!– заискивающе начал капитан,– мы тут по фотороботу произвели задержание подозреваемого во многих преступлениях рецидивиста. Вернее, человека, похожего на рецидивиста, а он говорит, что он Вам друг, вы в Питере, мол, вместе работали…

– Передайте вашему задержанному,– прервал капитана Петр Сергеевич,– что у Малеты в КПЗ друзей не бывает.

И вице-губернатор положил трубку.

В течение трех дней следователи, конечно, разобрались, наконец, что Марков этот действительно не преступник, а всеми уважаемый и заслуженный человек, да еще и имеющий обширные связи в верхах и тем самым способный доставить местным полицейским огромные неприятности. Как положено, принесли ему глубочайшие извинения, заверили, что все виновные будут наказаны и отправили с почетом в Москву. Заслуженный же работник культуры, находившийся после этого «приключения» в прединфарктном состоянии, по приезду в столицу, раздул огромный скандал, связи-то у него действительно были приличные.

Но весь свой гнев обратил ветеран не на нерадивых полицейских, а на того, от кого он помощи ждал, с кем он, в свое время, «пуд соли съел» – на Петра Сергеевича. В результате Малета стал чем то, вроде имени нарицательного, в обиход вошла поговорка: «Что ты ведешь себя, как Малета», символизировавшая верх чиновничьей черствости.