«Вдова»: Архив царского профессора

– По поводу только что покинувшего ваш кабинет Лаврова? Я не верю этому человеку.

– Я слышал, что вы относитесь к Лаврову неприязненно.

– Он враг.

– Бывший враг, который может стать другом, Андрей Андреевич. Ведь Лавров и не скрывает, что он был офицером НКГБ. Подробности его службы мне известны. И сейчас именно ему я хотел бы доверить задание.

– Задание?

– Именно.

– Какого плана? Разведка? Я не стал бы ему верить.

– Вот и будет очередная проверка для Лаврова.

– Если вы доверите ему работать с той стороны, то он сразу как собака побежит к своим хозяевам.

– Сомнения есть и у меня, Андрей Андреевич. Но мне нужен Лавров.

– Почему именно он?

– Он хорошая приманка для игры, которую я задумал…

Глава 3

Обер-лейтенант Нойрмаер

Москва.

Управление НКГБ СССР.

Апрель, 1942 год.

Старший майор Нольман и Карл Нойрмаер.

Нольман приказал привести обер-лейтенанта Нойрмаера в свой кабинет. Решил побеседовать с пленным не в обстановке тюрьмы НКГБ. Пленного доставили в управление, и старший майор попросил убрать наручники и приказал охране удалиться.

– Я старший майор госбезопасности Нольман. Вы ведь помните меня по Харькову?

– Помню, но лично нам встречаться не приходилось.

– Sie haben uns damals viel M?he gegeben, Herr Neurmayer[18 - Много вы тогда доставили нам хлопот, господин Нойрмаер.

– Danke, Nein, Herr Senior major[19 - Спасибо, нет, герр старший майор.].

– Насколько мне известно, вы согласились сотрудничать, герр Нойрмаер. И я хотел бы удостовериться, что это ваше желание искренне.

– Я не хочу умирать, герр Нольман.

– Стало быть, вы не верите в Великий рейх?

– В политическую марку Адольфа Гитлера нет. Я не фанатик.

– Но вы служили Гитлеру.

– Разве у меня был выбор, герр Нольман? Германия выбрала Гитлера, и нам пришлось принять выбор Германии. Но я всегда мыслил трезво. Я не верил, что Гитлеру удастся покорить СССР за два месяца. Но я честно служил Германии. Я рисковал жизнью. И что я получил взамен? На меня возложили ответственность за провал в Харькове. И после этого я честно служил, пока не попал в плен. И в том моей вины не было. Я не сдавался добровольно.