Сестра самозванца

Польские штандарты и знамёна Мнишека везли после свиты царевича и после первого гусарского отряда и охранной сотни шляхтичей. Все же поход должен был выглядеть не вторжением в московские пределы иноземного войска, но освободительным походом истинного царевича, который шел занимать трон, положенный ему по праву рождения. Именно поэтому впереди и было зеленое знамя с двуглавым орлом.

Затем шли сотни панцирной кавалерии. Шелестели крылья гусар. И войско, хоть и было немногочисленным, выглядело грозно. Сумел царевич поразить обитателей русской пограничной крепости.

Димитрий Иванович остановил своего коня.

Стрельцы скинули шапки и приветствовали его громкими криками.

Царевич окинул их взглядом и поздоровался:

– Здорово, дети! Я, государь ваш природный. Пришел спасти вас от Годунова! Всех, кто верен, я жалую!

– Слава Димитрию Ивановичу!

– Слава государю!

– Живи и царствуй много лет!

– Слава государю!

Димитрий поднял руку, требуя тишины.

– А где начальные люди? – спросил он. – Отчего они не встречают меня по чину?

– Дак воевода со страху пьян напился, а товарищ его, был взят под караул, – ответил сотник царевичу.

Вперед выступил князь Сумбулов.

– Я товарищ воеводы, ваше величество! – князь низко поклонился.

– И кто посадил тебя под замок? – спросил Димитрий.

– Дак по приказу Годунова прибыл сюда подьячий из Москвы, государь.

– И, стало быть, я освободил тебя? – усмехнулся царевич.

– Так, государь. Я твой слуга!

– Жалую тебя, князь! И все вины тебе прощаю! Будь при моей особе!

– Государь! – Сумбулов пал на колени.

– Поднимись, князь.

Сумбулов поднялся.

– Прошу за одного человека, государь. Дьяк он беглый от Бориски Годунова пострадал. Тихон Сысоев имя ему.

– Бери его с собой, князь. И его жалую!

Сумбулов низко поклонился.

Самозванец был доволен. Монастырский острог сдался без единого выстрела. Его поход начался удачно…

***

Дьяк Сысоев выбрал себе отличного коня из конюшни самого воеводы. Царевич пожаловал его и приблизил к своей особе.

Сумбулов застал его за этим занятием.

– Али ты разбогател, дьяк?

– Пожалован великим государем. Благодаря твоему слову, князь.

– Али уверен, что он великий государь?

Дьяк обернулся по сторонам. Вокруг никого.

– До того мне нет дела. А ты сомневаешься, князь?

– Дак мне иного хода нет, дьяк. Бориска меня не жалует. И тебя также. Что нам за дело, кто он есть этот царевич? Я согласен с тобой. И также пришел выбрать коня.