Сестра самозванца

– Пусть так, но пока он тебе очень нужен. Тебе нужны поначалу победы. Пусть малые, но победы.

– И потому я пришел к тебе, Елена.

– Ты не уверен?

– Нет. Полагаться на наемников Мнишека во всем нельзя. Надобно везде, где можно, решать вопросы миром, и только в самом крайнем случае применять оружие. И здесь сможешь мне помочь только ты.

– Я?

– А кто, Елена? Кому я могу доверять так, как тебе? Мы связаны с тобой узами крови.

– Я поняла тебя. Мне нужно отправиться первой. Еще до выступления армии.

– Это так. Ты поведешь с пределы Московии первой. Ты умна и сможешь проникнуть туда, куда никто проникнуть не сможет.

– Моя цель? – спросила она.

– Чернигов. Тебе стоит прибыть в город и выяснить все. Какие настроения среди горожан, солдат гарнизона и среди командиров.

– Мне ехать в женском костюме?

– Нет. Поначалу поедешь под видом казака и поедешь одна. Никакого сопровождения.

Елена посмотрела на брата. Юрий Отрепьев все понял.

– Да, это опасно, сестра! Я знаю, но по-иному никак нельзя.

– А пан Ян Нильский? Я могла бы поехать с ним.

– Нет, – покачал головой самозванец. – Он прибыл от коронного гетмана, и он слишком заметная фигура. Нильский двинется вместе со мной.

– Понятно.

– Ты согласна?

– Я понимаю тебя, брат. Это необходимо.

– Прости, сестра, когда мы войдем в Москву я сумею тебя наградить по достоинству.

– Когда мне ехать?

– Сегодня. Пока все заняты предстоящим походом. И помни – никто не должен знать.

– Все сделаю тайно, брат!

– Спасибо, сестра!

– Я поеду в мужском костюме. Но в самом городе стану действовать как женщина.

– Это решать тебе, сестра. Я во всем полагаюсь на твой ум и на твою хитрость…

***

3

Военный лагерь армии самозванца.

Сентябрь 1604 года.

В лагере под руководством воеводы Юрия Мнишека рыцарство собралось в круг и выбрало командиров предстоящего похода.

Атаманом казаков стал Корела. Хоть Мнишек и не хотел его в командиры. Но так пожелали казаки. Пришлось согласиться.

Корела был небольшого роста коренастый крепыш с мощной шеей и широкими плечами. Черная окладистая борода обрамляла лицо, и в его глазах горел колючий огонек ненависти к панам.