Протокол допроса. Смерть командарма

Отец Станислав Музыка получил образование в тернопольской гимназии, а затем в Станиславском училище для учителей.

С осени 1941 года Олена Музыка активный участник организации ОНУ-Б (Бандеры). Работала корреспондентом в газете «Волынь». Поддерживала связь с сотней УПА-Север «Перша Варта» (Первая стража). По сведениям наших агентов состояла в связи с сотником Ястребом, командиром «Первой стражи».

В декабре 1943 года против Музыки О.С. люди из ОУН выдвинули обвинение в предательстве. Но подробности неизвестны. С января 1944 года числится среди пропавших без вести».

– Ты уверен, что у тебя в камере именно вот эта девица? Она что призналась?

– Назвалась другим именем. И документы имеет на другое имя. Но очень похожа.

– А кто с ней?

– Молодой мужчина. Из наших военнопленных.

– Военнопленный?

– Бывший сержант Красной Армии. Содержался немцами в лагере для военнопленных в Квитчанах.

– В Квитчанах? А это интересно, лейтенант. У нас уже пять человек проходит по Квитчанскому лагерю. И все агенты Абвера.

– В камере, товарищ майор.

– Давай его сюда!

***

Лавров на допросах решил не называть себя. Стал придерживаться легенды, которую для него придумали в Абвере, что он бывший сержант Красной Армии, который попал в плен и бежал из немецкого лагеря для военнопленных в Квитчанах. Затем раздобыл справку из немецкой управы на имя Остапа Штрока.

И вот его снова вызвали на допрос. Уже в третий раз. На этот раз говорить с ним захотел лично начальник отделения СМЕРШа в Луцке.

– Выходи! Тебя начальник требует! Живее!

Лавров вышел из камеры.

– Лицом к стене! – прозвучала команда.

Лавров выполнил требование. Щелкнул замок камеры. Бывший лейтенант НКГБ мог легко уложить двоих конвоиров и завладеть оружием. Но делать этого не стал, хотя вызов к начальнику его удивил.

– Вперед! – прозвучала команда.

Лавров пошел.

Пожилой конвоир сказал молодому тихо, но Лавров мог его слышать:

– Сам вызывает! Отбегался парень. После майора ему только одна дорожка.

– Верно! – отозвался молодой. – К стенке.

В кабинете Лавров сразу узнал офицера, который его вызвал. Еще бы! Это был Кравцов! Он ведь служил под его началом в Харькове в 1941 году, и затем они пересекались в 1942-ом.

– Лавров? – искренне удивился Кравцов. – Вот кого он никак не ожидал здесь встретить.

– Товарищ капитан? – Лавров назвал его по старому званию.

– Майор, – поправил его Кравцов. – Хотя ты ведь погоны не носил еще. В 1943 году ввели.