Поместье Баскервиль: Проклятие

Леди Баскервиль спросила, не вы ли вели это знаменитое дело? Я сказал, что это частный детектив мистер Джеральд Мартин с Риджен-стрит. Сказал, что я знаю вас, и мы вместе расследовали дело в имении лорда Уэлсли девять лет назад.

– И она спросила вас, не приврала ли чего в своих произведениях мисс Лэнг? Так, Гуд?

– Именно так, Мартин. Она сказала, что с удовольствием бы с вами познакомилась. Вас просто приглашают погостить в имении Баскервилей и меня заодно с вами.

– Они не хотят огласки. Все понятно. Но хотят узнать, что произошло с сэром Генри.

– Да и зачем им, огласка, Мартин? Сами подумайте. У молодых Баскервилей все в жизни идет хорошо. Знатные господа с отличной карьерой и значительным состоянием.

– Вот мы с вами и поедем в гости. Вы уже в отпуске, а я возьму отпуск с сегодняшнего дня. Тем более что за нами пришлют машину.

Глава 2

Баскервиль-холл много лет спустя.

Май, 1939 года, Баскервиль-холл, графство Девоншир.

В полдень 12 мая 1939 года Джеральд Мартин и Бакенбери Гуд были на вокзале Лондон Паддингтон.

– Не люблю я приезжать на вокзал вот так, Мартин, – проворчал Гуд, когда они шли к вагону. – Еще немного и поезд ушел бы без нас.

– Но мы пришли вовремя, Гуд. Чего вы ворчите?

– Наш вагон! За минуту до отправления!

– За три минуты, Гуд. Еще три минуты до отправления.

Они расположились в своем купе. Поезд тронулся точно по расписанию.

– Точность это вежливость, Гуд. И то, что я всегда прибываю точно, говорит о моей вежливости. Я не заставляю себя ждать.

Мистер Гуд ничего на это не ответил Джеральду. Какой толк с ним спорить? Мартин был упрямым. Это Бакенбери понял еще во время их первого расследования в 1930 году в Уинсбери, имении графа Морнингтона.

Когда они проезжали мимо вокзального памятника воинам-железнодорожникам, павшим во время Мировой войны 1914-1918 годов, старший инспектор спросил у Мартина:

– А не думаете ли вы, Мартин, что в этом, деле замешана политика? – спросил Гуд.

– Это вид бронзового солдата читающего письмо из дома, так на вас подействовал, Гуд?

– Он мне напомнил о войне.

– Не дай бог, Гуд. Не дай бог. Тогда это самое плохое, что можно предположить. Но не думаю, что это так. Это дело семейное. И в основе его, скорее всего, лежат деньги.

– Но Генри Баскервиль занимался политикой. Он был приближен к самому Черчиллю! И был яростным противником соглашательства с немцами.