Нумерос: Дымящийся щит

– Вы хотите сказать, что способны попасть в прошлое? – спросили его.

– Это можно назвать и так.

– Иными словами вы изобрели машину времени? Вроде той, что описана в романе Уэллса?

– Нет. К машине времени это не имеет никакого отношения. Мое тело останется здесь в состоянии комы. Но я, «выйдя» из этой оболочки, окажусь в другой. Иными словами, в теле человека, жившего в прошлом. Однако мои слова нужно подтвердить делом.

– Хотелось бы проверить, как у вас это получится. И главное, как вы сможете доказать, что были в прошлом? Ведь, насколько я понял, никто кроме вас этого не увидит.

– Это так, если вы не «пойдете» со мной, и также не Погрузитесь в одно из тел прошлого.

– А я смогу это сделать?

– Если я вам помогу, то да. И вы сможете увидеть то, что видел я. Такого доказательства вам достаточно?

И первое Погружение состоялось.

Тела Погруженных в течение часа находились в состоянии комы. Затем они одновременно пришли в себя и их сразу развели по разным комнатам, где каждый рассказал о том, что видел.

Оба рассказали о загадке знаменитого изумруда редкой продолговатой формы, который получил имя «Божья кара». Сведения были тщательно проверены и, хотя в путешествие в прошлое все равно никто не поверил, феномен стали изучать. Один профессор истории даже заявил, что сведения, переданные прошедшими Погружение, чрезвычайно важны.

Но в Российской империи интерес к феномену был быстро потерян. Никто не стал финансировать программу и недоучившегося гения стали называть не иначе как сумасшедшим.

Он покинул Россию в мае 1914 года и отправился в Европу. Там его также сразу никто не принял всерьез, и он начал давать развлекательное шоу, удивляя публику сведениями об их ближайших родственниках. Он даже помог французской полиции, разыскав банду грабителей банков…

***

После очередного выступления он нашел спонсора, известного богача фон Варцлава, немца по национальности, вынужденного покинуть Вену, из-за каких-то противоречий с одним из принцев правящей династии Габсбургов.

– Вы говорите по-немецки, насколько мне известно.

– Да, – ответил молодой человек. – Но вы, герр фон Варцлав, отлично общаетесь на французском и английском. Я могу говорить на любом из этих языков.

– У меня к вам дело.

– Дело? Хотите узнать что-то о своих умерших родственниках? Частное выступление? Вы знаете мой гонорар за это?

– Это можно назвать частным выступлением. Но я хочу отныне, чтобы вы выступали только в моем «театре».