Дрозды: Лейб-гвардии поручик

Но это обычные стрелки. Ни орудий, ни пулеметов я не видел. Группы пехотинцев по 15-20 человек. Однако, как я уже докладывал, службу несут плохо.

–Много ли красных в городе по вашей оценке, юнкер?

–Тысяч семь. Но за это не поручусь. У меня было слишком мало времени, господин полковник.

–Спасибо, юнкер. Вы можете идти отдыхать.

–Есть, господин полковник.

Когда юнкер ушел Дроздовский сказал начальнику штаба Войналовичу:

–Все как я и предполагал, Михаил Константинович. Численный перевес не даст красным ничего.

Мы возьмем Ростов.

Полковник Михаил Войналович был одним первых и самых верных союзников Дроздовского. Они были весьма похожи два эти человека. Единство взглядов, убеждений, полное самоотречение, храбрость и решимость были свойственны обоим офицерам. А различия в характерах удачно дополняли их. Порывистый и нервный Дроздовский и рядом спокойный и уравновешенный Войналович.

–Однако на численный перевес стоит обратить внимание, Михаил Гордеевич.

Я не думаю, что в городе красных семь тысяч, как сказал разведчик. У него не было времени для детального изучения ситуации.

–И я полагаю, что их больше, Михаил Константинович. Но дезертирство делает свое дело. Да, они жестокими мерами, заставили людей повиноваться. Но что будет, когда мы ударим, и власть красных начнет распадаться? Не думаю, что их солдаты станут стоять до смерти за их республику.

–Нужно выработать план атаки.

–Этим мы и займемся. Точки установки наших орудий.

Гаубичный взвод вот здесь. А здесь пойдет броневик «Верный». Он проложит путь для 1-го пехотного офицерского полка.

–Первым в город стоит бросить конный дивизион* (*около 300 человек), Михаил Гордеевич. Кавалерия, под прикрытием огня наших пушек, легко просочится вот здесь и здесь. Мы выйдем к вокзалу и лишим штабы красных эффективного руководства.

–Кто поведет дивизион? Кому дать командование?

–Я попросил бы вас, доверить это мне.

–Вам, Михаил Константинович? Это удачный выбор.

Я могу полностью вам довериться. Но, вы начальник штаба.

–В наступлении я буду гораздо нужнее во главе кавалерии, чем за столом.

***

Ростов

Тюрьма.

2 мая 1918 год.

Корнет Петр Лабунский и еще два десятка офицеров были приговорены к расстрелу по ускоренной процедуре, ввиду подхода к городу вражеских войск.

В камеру вошел молодой чекист и зачитал приговор:

–Именем Донской Советской Республики.